– ""Я""?! Кто ""я""?
– В чем проблема, приятель?
Смитбек пустил в дело максимально официальный, чуть ли не ледяной тон:
– Если вы не поняли, то разрешите мне повторить. Могу ли я позволить себе, сэр, поинтересоваться, как вас зовут, и спросить, не станете ли вы возражать против формального выговора за неподчинение?
– Мое имя Балджер, сэр. – Грубый тон охранника сменился подобострастием.
– Балджер, значит. Именно вы мне и нужны. С вами говорит мистер Храмрехем из департамента людских ресурсов, – раздраженно сказал Смитбек.
– Прошу прощения, сэр, я не сразу вас понял. Чем могу быть вам полезен, мистер?..
– Вы определенно можете мне помочь, Балджер. У нас возникли кое-какие проблемы в связи с некоторыми... хм... противоречиями в вашем личном деле.
– Какими именно, сэр? – В голосе Балджера звучала тревога.
– Вопрос конфиденциальный. Мы все обсудим, когда вы явитесь сюда.
– Когда?
– Сейчас, естественно.
– Хорошо, сэр, но я не уловил ваше имя.
"– И скажите О'Нилу, что я посылаю к вам человека проверить, как вы там трудитесь. К нам поступила довольно неприятная информация. Речь идет о проявлениях халатности.
– Хорошо, сэр, но...
Смитбек положил трубку. Сидящая за стойкой дама взирала на него с любопытством, если не с подозрением.
– О чем шла речь, профессор?
Смитбек улыбнулся, пригладил ладонью непокорный вихор и сказал:
– Всего лишь маленький розыгрыш коллеги. Мы иногда так развлекаемся... Пребывание в этой обители старого мусора иногда навевает такую скуку.
Дама улыбнулась.
«Святая простота», – подумал Смитбек и, ощущая некоторое чувство вины, отправился назад к «Старым записям». По пути ему встретился один из охранников, которых он видел в щель двери. Страж трусил по залу. На его физиономии был написан страх.
В департаменте людских ресурсов, как и в других административных службах, людей было гораздо больше, чем того требовало дело. От других подразделений его отличало то, что вызов туда мог означать большие неприятности для работника музея.