Смитбек, якобы в поисках других проявлений нерадивости, еще раз внимательно огляделся, стараясь при этом не упустить ни одной детали. На всех шкафах имелись ярлыки с указанием даты. Даты, похоже, начинались с 1865 года – года, когда был основан музей.
Журналист знал, что все ученые со стороны, для того чтобы проводить исследования в музее, были обязаны получить специальное разрешение комитета кураторов. Протоколы заседаний комитета и анкеты, которые заполняли претенденты, скорее всего находятся в этих ящиках.
Смитбек постучал костяшками пальцев по шкафу за 1880 год и сказал:
– Возьмем для примера эту картотеку. Когда в последний раз проверялось ее состояние?
– Никогда, насколько мне известно.
– Никогда?! – мастерски сыграв негодование, воскликнул Смитбек. – Чего же вы в таком случае ждете?"
"Охранник суетливо распахнул ящик на стене и, нащупав там нужный ключ, открыл металлический шкаф с картотекой.
– А теперь позвольте мне показать вам, как проводится проверка, – сказал Смитбек, выдвинул ящик и сунул руки между папками, подняв изрядный клуб пыли. Из первой папки торчала желтая картонка с какими-то индексами. Журналист схватил ее и поднес к глазам.
– Всегда начинайте с индекса, – наставительно произнес Смитбек и помахал перед носом стража желтой картонкой.
Страж согласно кивнул.
– Они содержат сведения о всех хранящихся в данном шкафу картотеках.
– Понимаю, сэр.
Смитбек быстро пробежал глазами имена на карте и, не увидев среди них имени Ленга, сказал:
– А теперь проверим год тысяча восемьсот семьдесят девятый. Выдвиньте, пожалуйста, ящик.
– Слушаюсь, сэр.
Смитбек достал индекс за 1879 год. И здесь Ленг не был упомянут.
– Вам следует действовать с величайшей осторожностью, – продолжал свои поучения журналист.