– Дама замолчала и, повернувшись к одному из охранников, ледяным тоном произнесла: – Мне необходимо поправить прическу."
"Охранник (на его руках были хирургические перчатки) отошел от двери и, выдерживая максимальную дистанцию между собой и пациенткой, осторожно расправил ниспадающие на спину волосы.
Двоюродная бабушка повернулась лицом к внучатому племяннику и сказала:
– Она держала его в руках при помощи секса, как бы ужасно это ни звучало. Шестидесятилетняя разница в возрасте! – Старая дама содрогнулась всем телом – отчасти от отвращения и отчасти от удовольствия.
– Что вы знаете о его исчезновении?
– В двадцать один год он сильно разбогател. Но слово «исчезновение» здесь не подходит. Ему просто предложили оставить дом. По крайней мере мне так говорили. Антуан начал говорить о спасении, об исцелении мира, о продолжении дела, которое начал его отец. Как ты понимаешь, все эти разглагольствования были не по вкусу остальным членам семьи.
Просто растворился в воздухе. Братья были страшно разочарованы. Ведь там было очень, очень много денег.
Пендергаст кивнул, после чего последовала затяжная пауза.
– У меня остался еще один вопрос, тетя Корнелия.
– Какой?
– Вопрос нравственного свойства.
– Нравственного? Как интересно! Не связан ли он каким-либо образом с моим двоюродным дедушкой Антуаном?
Пендергаст не дал ей прямого ответа.
– Вот уже несколько месяцев я ищу одного человека. Этот человек обладает важным секретом. Я очень близок к тому, чтобы узнать его местопребывание, и скоро мне придется вступить с ним в схватку.
Старая дама хранила молчание.
– Если я выиграю схватку – что совершенно не очевидно, – передо мной встанет вопрос, как поступить с этим секретом. Мне придется принять решение, которое, возможно, окажет огромное влияние на будущее человечества.
– И в чем заключается этот секрет?
Пендергаст понизил голос до едва слышного шепота:
– Я думаю, что это своего рода медицинский рецепт, который при соблюдении определенных условий позволит продлить жизнь по меньшей мере до ста лет, а возможно, и больше.
Глаза тети Корнелии снова живо блеснули, и, немного помолчав, она спросила:
– Скажи, сколько будет стоить курс лечения? Будет он дешевым или дорогим?
– Не знаю.