Белла Эрум
Ремарк оказался у себя, и я, еле дождавшись разрешения войти, влетела к командиру в кабинет быстрее луча лазера.
– Эрум, что-то случилось? – встревожился генерал-адмирал, заметив мое состояние.
Я глубоко вздохнула.
– Прошу принять мою отставку!
Некоторое время Ремарк спокойно, чуть прищурившись, рассматривал меня, а потом коротко отрезал:
– Нет.
Этот ответ еще больше поверг меня в панику, и я, прикрыв глаза, стараясь справиться с собой, повторила просьбу:
– Еще раз прошу снять меня с должности преподавателя.
"– Причина?
– Личные обстоятельства.
Ремарк молчал.
– Поверьте, сэр, если бы это не было действительно важно, я бы никогда не бросила свою любимую работу.
Мысль о том, что из-за встреч в стенах академии с новым преподавателем у меня может возникнуть привязка к помолвленному ракшу, пугала до трясучки. Взаимности у такой любви не будет. Никогда. И это означает, что в конце концов я просто наложу на себя руки.
– Поверьте, Эрум, ваша причина никак не может быть важнее той, по которой я не могу удовлетворить вашу просьбу.
– Я… Я могу узнать эту причину? – поинтересовалась подавленно, чувствуя, как внутри меня что-то оборвалось.
– Можете. Я думал, вам сегодня все расскажет Феоктиста, но, видимо, придется узнать новости от меня.
Терпеть не могу, когда Ремарк начинает издалека.
– Благодаря Руденко проблема с пиратами разрешилась, мелкие шайки мы постепенно передушим, но осталась проблема с контрабандистами. Те, наученные печальным опытом первых, подошли к делу довольно серьезно…
– Они хотят мести?
– Они желают уничтожить Звездную академию.
– Немыслимо, – прошептала я. – Невозможно!
– Все в нашем мире реально при наличии возможностей.
– Вы знаете, кто это?
– Пока нет, но узнаю.
– Как во всем этом задействована я? – спросила чисто автоматически.
Голова была совершенно пустая. По сравнению с тем, что я узнала, мои личные проблемы отошли на второй план. Судьбой одного человека можно пожертвовать, чтобы спасти общество.