— После всего, что мы тут увидели, я не удивлюсь, если он окажется собачьей конурой.
Путешественники еще долго петляли по грязной улочке, пока не вышли на площадь, размерами чуть большую, чем двор перед домом Каспара в Ливене. Площадь была немощеной, в центре возвышалось несколько кривых столбов с перекладинами.
Это были виселицы.
— Тут мы казним преступников, — пояснил Ситульф, а его воины закивали. — Тех, кто недостоин отдать свою плоть родичам.
— Недостоин отдать плоть? — удивился Углук. — Они что, поедают своих мертвецов?
— Тихо, — одернул его Каспар.
Дворец старосты представлял собой длинную конюшню, разделенную перегородками на сколько-то «залов». В некоторых из них, судя по блеянию и мычанию, содержался скот, в других были кладовые, в третьих жили и принимали гостей.
Ситульф так и сказал:
— Вы можете заночевать в зале для гостей. Вас туда проводят.
Каспар благодарно поклонился. Их провели через главный вход, потом сопроводили по длинным коридорам с дощатыми полами и, наконец, доставили в узкое помещение, где вдоль стены стояли лавки, а свет проникал в прореху между крышей и стеной.
— Располагайтесь, — сказал сопровождавший гостей воин, коренастый и широкоплечий, с зеленоватой кожей. — Сейчас вам принесут поесть и выпить, а вечером в вашу честь Ситульф устраивает пир. Там вы сможете рассказать о своих странствиях.
— Благодарим Ситульфа за хороший прием, — ответил Каспар как можно приветливее. — А скажи, как вы называете свой край?
— Туманные долины, — ответил воин и вышел.
84"
"Через некоторое время две закутанные с ног до головы в бесцветное тряпье женщины принесли большой кувшин и широкое деревянное блюдо с едой. На чужаков они смотрели со страхом, шарахаясь в сторону при каждом их движении.
— Что тут у нас?
Женщины еще не ушли, а нетерпеливый Углук уже приступил к изучению угощения. Оно состояло из каравая темного, плохо пропеченного хлеба, вареной рыбы и куска молодого, еще мягкого сыра. Путешественники не привередничали, и вскоре поднос опустел.
— Аккуратнее с напитком, — предупредил Каспар, когда Фундинул заглянул в кувшин. — Кто знает, что они называют пивом.
— Я это пить не стану, — заявил гном. — Пахнет, как из болота.
Каспар склонился над кувшином и тоже понюхал; содержимое этого сосуда нисколько не напоминало пиво.
— Поели, и то хорошо, — сказал Каспар. — Теперь надо выяснить, в каком мы тут положении — гости или все же пленники?
Он приоткрыл скрипучую дверь и выглянул в коридор.