Крутов наведался к теткам и сестрам и был весьма удивлен, когда его сестрица Лида рассказала ему о своем знакомстве с Панкратом Воробьевым, предводителем «мстителей», о чем она, естественно, ничего не ведала. По тому, как сестра в некоторых моментах рассказа мялась и смущалась, Егор сделал вывод, что Панкрат ей понравился, и решил при первом же удобном случае поговорить с бывшим майором, дабы тот не поддался искушению продлить знакомство. Судьба у сестры и без того складывалась не слишком удачно, а женщина она была впечатлительная и гордая, могла чего доброго и влюбиться — двадцать семь лет — не пятьдесят семь, — и пережить еще одну трагедию ей было бы непросто.
Поговорив с Лидой и успокоив родню, Крутов попытался починить свой автомобиль, заклеил пробитые шины-бескамерки изнутри, разложил их во дворе для просушки и после недолгих колебаний решил кое-кого навестить. Пообедав собственноручно приготовленными окрошкой и тушеными овощами, Егор надел футболку, спортивные штаны и отправился в гости к хозяевам, купившим хату у Гришанка.
Пока он сидел в милиции, здесь успели навести порядок, остатки сгоревшего киоска убрали, навезли кирпича, досок, бревен и принялись возводить новую торговую точку, уже не киоск, а целый магазин. Дела, видать, у Бориса, брата мужа Елизаветы, шли хорошо.
Строители были чужие, и спрашивать ничего Егор у них не стал, просто отпер калитку и прошел в дом, знакомый ему еще по старым временам, когда он часто захаживал в гости к Шурику Гришанку, с которым вместе учился. В доме тихо разговаривали двое мужчин, в одном из которых Егор узнал Бориса; второй собеседник, черноволосый, с густыми бровями и острым, как топор, лицом, был незнаком.
— Привет, — сказал Егор, засовывая руки в карманы спортивных брюк. — Прошу прощения за вторжение, но у меня только один маленький вопросик имеется. Где Лиза?
— Вот бляденыш! — обрел дар речи опешивший Борис.
Удар ногой в подбородок смел его с дивана и переместил в угол залы, к телевизору. Черноволосый Шамиль вскочил, вставая в стойку каратека. Егор, спокойный и уверенный, смерил его взглядом, не вынимая рук из карманов, покачал головой.
— Не влезай, парень, себе дороже обойдется.