Чувствовать себя свободным человеком, а не букашкой под микроскопом было непривычно и приятно, чувство свободы пьянило, кружило голову не хуже бокала шампанского, и у Ираклия даже мелькнула мысль бросить все к чертовой матери, уехать на родину, на Алтай, и, сменив профессию, остаться там жить. Но мысль мелькнула и ушла, нейтрализованная более трезвыми соображениями, чувством долга и холодной ненавистью. Следовало все-таки довести начатую работу до финала и восстановить попранную справедливость. Дубневич и иже с ним занимались здесь слишком гнусными делами, чтобы все им сошло с рук, даже если кому-то в верхах и выгодна была их возня с психотроникой.
За Велеей их лихо обогнал коричневого цвета микроавтобус «Крайслер» с московскими номерами, и Федотов, сидевший сзади, вдруг встрепенулся.
— Ну-ка, давай за этим лихачом.
Корнеев кивнул, увеличивая скорость.
— Мы с тобой одинаково думаем. Чего в наших лесах и болотах делать такому красавцу?
Гнались за микроавтобусом, соблюдая осторожность, недолго, через десять километров он свернул по узкой асфальтовой ленте налево в лес, и Корнеев притормозил, оглядываясь.
— Дальше тупик, склад ГСМ. Но вряд ли они свернули, чтобы заправиться, «Крайслер», кроме девяносто пятого, ничего не потребляет, а на складе такого бензина нет.
— Давай за ними.
Джип свернул с шоссе в лес, проехал полкилометра и, свернув еще раз, заехал в балочку, остановился за кустами. Теперь с дороги его увидеть было невозможно.
— Останься, — сказал Олегу Ираклий. — Мы скоро.
Взяв оружие и бинокли, они с Корнеевым углубились в заросли изрядно вытоптанной малины и вскоре вышли к складу, огороженному колючей проволокой и охраняемому двумя часовыми — на вышке и у ворот. «Крайслер» стоял у домика коменданта склада, никакого движения возле него не наблюдалось. Полежав с биноклем у глаз пять минут, Корнеев прошептал:
— Слева, за сортиром, ничего не видишь?
— Вижу, — отозвался Ираклий, тоже заметивший металлический блик: в зарослях высокой травы за будочкой туалета и штабелем металлических бочек прятался человек, а так как часовые не обращали на него никакого внимания, вывод мог быть только один — это был дополнительный скрытый пост охраны.
— Что они там прячут?
— И кто?
Из домика вышел громадный, как асфальтовый каток, парень в камуфляже с бритым наголо черепом. За ним появился еще один мужчина в белой тенниске и бежевых брюках. Федотов подался вперед, плотнее прижал к глазам бинокль, впиваясь глазами в незнакомца.