Катарсис. Том 1

Внутри их ждал сюрприз: Олег Фокин был жив!

Обнялись, уступив порыву чувств. Олег выглядел бледновато, но бодрился. Быстро поведал историю нападения на базу и о том, как его спас Крутов. Выжидающе глянул на Федотова.

— Мощный мужик этот твой Крутов, — проворчал Корнеев. — Нам бы его в команду.

— Да уж, — согласился Ираклий. — Если он ушел, полковнику Дубневичу спать спокойно не придется. А остальные наши ребята?

Олег опустил голову.

— Николаша и Лева убиты, Армен был ранен… увезли их всех, милиция понаехала, ОМОН… сразу после стрельбы.

Посидели в угрюмом молчании, сжав зубы. Потом Ираклий обвел подчиненных странным шалым взглядом и тихо сказал:

— Ну что, разведка боем закончилась? Выходим на тропу войны? Пощупаем зону в натуре?

— Очень хочется взглянуть, чем же они там занимаются, — признался Корнеев, — что потом десятками хоронят трупы. А после хорошо бы вернуться в столицу и взять за яйца того оригинала, который нас сдал.

— Дойдет очередь и до столицы."

"В течение часа они собирались, меняли пробитое пулями колесо на джипе «Чероки», проверяли оружие и экипировку, переодевались и уничтожали следы своего пребывания в доме, который принадлежал тетке Людмиле, переехавшей недавно на квартиру с удобствами по улице Мальцева. Дозвониться до остальных членов команды Ираклию не удалось. Видимо, посчитав командира погибшим, ребята по приказу сверху сразу убыли в распоряжение центра.

Таким образом из всей разветвленной контрразведывательной сети, наброшенной на Брянскую губернию для контроля таинственной деятельности негосударственной организации Российский легион, осталось всего три человека, да и те считались погибшими. С одной стороны, это обстоятельство развязывало руки Федотову, с другой — он понимал, что вряд ли в службе обрадуются, когда узнают, что они живы. И все же шанс доделать работу до конца оставался. Только имея на руках неопровержимые доказательства противозаконной деятельности секретной лаборатории в брянских лесах, можно было появляться пред светлые очи начальства. Оставался пустяк. Самим уцелев, добыть сведения и доставить их в Москву.

В начале третьего выехали из Жуковки, не обнаружив ни слежки, ни преследования. Уверенный в гибели резидентов Федеральной службы, Дубневич дал отбой своим собственным контрразведчикам.