Убедившись, что они те, за кого себя выдают, впустила их в квартиру. На заднем плане маячила белокурая женщина помоложе – нарядная, в розовом шифоном платье.
– Надя, – хозяйка повернулась к ней и растерянно развела руками: – Вот, снова… Не уходи, побудь со мной.
– Хорошо, – Надежда Владимировна с любопытством взглянула на мужчин и почему-то поправила прическу. – Опять что-то с Борей?
– А что значит – опять? – Следователь представился и показал ей раскрытое удостоверение.
– Боря уже скоро месяц, как дома не живет, – ответила та.
Это «опять» заинтересовало следователя. Он не успел узнать об Антоненко ничего, кроме того, с кем он был прописан. Со времени нахождения трупа прошло три часа. Солнце в этот день жарило беспощадно, и в овраге ему напекло голову. Он попросил воды. Надя принесла ему бутылку боржоми и любезно открыла ее, налила в стакан шипящую воду:
– А что с Борей?
– Да пока непонятно, – следователь видел, как напряженно ждет его слов мать Антоненко.
– Сына вашего давно видели? – спросил он у Елизаветы Сергеевны.
Та задумалась, завела глаза к потолку. Посоветовалась с племянницей и наконец сообщила:
– Да вот Надя сказала. Месяц назад, может, чуть меньше.
– Что ж, он с вами не жил?
– Жил, – возразила та. – Только не всегда. Иногда у женщины.
– У какой? – Следователь поставил в сторону пустой стакан и вынул блокнот.
– Какая там постоянная, – вмешалась Надя. – Каждый месяц другая. Вы лучше скажите нам – что случилось? Теть Лиза, садитесь! Вам ведь уже плохо!
Хозяйка уселась очень робко, будто была не у себя дома. Схватилась за пуговицу на халате, чуть не открутила ее и мученическим голосом спросила:
– Опять на него заявили?
– Никто не заявлял, – следователь жалел, что так рано явился к этой даме.
– Боря что-то никак не мог подобрать подходящую женщину. Попадались одни курвы, простите за слово. Среди них год назад была такая Ксана – наркоманка. Она его как будто приучила… – Женщина сглотнула и тихо пояснила: – Борис немножко употреблял.