Имирхади несколько минут думал, затем все так же задумчиво произнес:
— Татуировка, способность вызывать огонь, сила, способность управлять людьми. Вроде все, что проявляется на ранних этапах овладения. Мне сложно судить об этом, меня учили с момента моего рождения.
— Вы уверены, что наследник уже родился? — Хелл ждала его реакции.
— Нет, не уверен, но я старею. Мой отец породил меня, когда ему минуло сереан зим. — «Пятьдесят четыре года», — мысленно перевела Хелл. — Мне уже вдвое больше, у меня более тысячи детей, но я испытываю разочарование с каждым новым рождением.
Наемница задумалась, вопросов было много, но вправе ли она спрашивать? Любопытство победило:
— А что потом происходит с вашими детьми?
Он улыбнулся, устроился удобнее на подушках:"
"— Потом они живут, девочек я выдаю замуж, мальчики становятся воинами.
— И все?
— А что еще должен делать с детьми любящий отец? — Он хитро посмотрел на нее. — Вытирать им сопли до старости?
Хелл вздохнула. С одной стороны, он был прав, с другой… ну как это быть принцем или принцессой из тысячи.
— А жены, у вас есть любимицы?
— Это вы намекаете, не могла ли одна припрятать ребенка соперницы? — Хелл кивнула. — Смешно, любая, ждущая ребенка, живет отдельно, малыш рождается, и его моментально несут мне, я даю детям имена.
— А как же роженица? Вы даже не заходите ее поздравить? — Девушка была возмущена до глубины души.
— А не с чем поздравлять, — имирхади ленивым движением поправил воротник, — мне не с чем было пока поздравить ни одну из моих жен! Я увеличил гарем, я экспериментировал с расами, в моем гареме есть даже две демоницы с Тшхессе, и все без толку.
Хелл внимательно смотрела на два кольца, на которых появились вмятины. Это с какой силой нужно было сжать кулак, чтобы золотые кольца деформировались?
— Нет, не понимаю, — вдруг сказала наемница, — я не понимаю, почему наша помощь понадобилась именно сейчас?
Имирхади с тоской посмотрел на город сквозь занавеси:
— Потому что за последние четыре года по вашему летоисчислению все мои жены оканчивали беременность выкидышами.