Если нужен мой совет – только скажи.
Я кладу трубку и достаю из сумки пожарную машину. С облегчением выдыхаю, когда Вера успокаивается — она всего лишь хотела её."
"Когда автомобиль набирает скорость, дочь молниеносно засыпает в автокресле. Делая короткие остановки на светофоре – непроизвольно любуюсь ею в зеркало заднего вида и рассматриваю каждую черточку лица. Даже не верится, что чуть больше месяца назад я не знал о её существовании. Понятия не имел, что на другом континенте растёт и развивается такой славный маленький человек.
Свою вину в случившемся я не списываю со счетов. Просто в тот момент, когда Соня узнала о беременности, мне казалось, что я поступаю правильно, разорвав любые отношения между нами. Резко, болезненно, жестоко. Чтобы не оставалось ни единого сомнения о возвращении. Я ведь на самом деле думал, что мы никогда больше не увидимся.
Въезжая во двор, замечаю припаркованный на стоянке кроссовер.
Соня стоит неподалёку в лёгкой ветровке и обтягивающих фигуру джинсах. Волосы связаны в хвост, на лице ни грамма косметики. Выглядит совсем девчонкой. Ранимой, трогательной. Она нервно перетаптывается с ноги на ногу и с облегчением выдыхает, когда замечает мой автомобиль.
— Привет, — здороваюсь, выбираясь из салона.
— Привет. Я заждалась.
— Замёрзла?
— Нет, всё в порядке. Я только что вышла из машины.
Соня выдавливает из себя улыбку и подходит ближе.
— Мы вроде вовремя приехали, — отвечаю, взглянув на часы. – Вера уснула в дороге. Будить или поднять в квартиру?
— Подними, если не сложно.
Я не отвечаю на её реплику и открываю заднюю дверь. Осторожно беру Веру на руки. Она не просыпается и нежно прижимается ко мне.
— Маргарита Игоревна не дома? – интересуюсь, когда переступаю порог квартиры.
— Она уехала к матери в посёлок, чтобы забрать кое-какие вещи. Утром вернётся.
Соня снимает обувь и быстрым шагом идёт за мной по коридору.
— Представляешь, бабуля говорит, что у Романа Геннадьевича огромные проблемы. Весь в долгах, без работы. Постоянно таскается по судам. Похудел, не разговорчивый стал. Как думаешь, это нормально, что я злорадствую?
— Вполне. Можешь даже позвонить и под*бнуть.