Сестры Ингерд

Пожалуй, это оказалась одна из самых приятных вещей, которую я услышала в этом мире. Конечно, нельзя было мыльню назвать настоящей баней – жар не тот. Зато сама эта Недда, служанка при мыльне, как выяснилось, умела делать потрясающий массаж!

Сперва, взбив в небольшом тазике обильную мыльную пену, она намылила меня с ног до головы, окатила достаточно горячей водой и принялась мылить второй раз, уже начиная с волос. Даже моющие средства здесь не воняли хозяйственным мылом, а пахли хоть и излишне сладко, но достаточно привычным цветочным запахом.

Прополоскав мои волосы травяным настоем, Недда свернула их клубком на макушке и заколола тонкими деревянными палочками.

– От теперь добро: не помешают они, госпожа баронесса.

После того как моя кожа начала поскрипывать от чистоты, Недда намылила и сполоснула лежанку, плеснула на руки немного масла и, велев ложиться, размяла мне все тело так, что к концу массажа я только сладко поскуливала.

Потом в дело пошли шероховатые камушки, которыми она потерла мне ступни и каждый пальчик на ногах.

Затем осмотрела руки и ладони, одобрительно кивнув и заметив:

-- Тут даже и тереть не надо, и так все нежненько.

Последнее, чем она занялась – мое лицо. Недда принесла в небольшой плошке кусочек засахаренного меда и начала скрабировать мне лицо, шею и зону декольте аккуратными нежными прикосновениями, приговаривая:"

"-- Оно конечно, здесь мыльни еще не настоящие. А вот там у вас на северах совсем люди удержу не знают! Прямо в мыльне у них печка стоит с каменьями.

И туда они воду плескают, а потом в этом пару и сидят до седьмого пота. Говорят, госпожа баронесса, оченно это для здоровья пользительно! В детстве возил меня отец в те земли, но долго я не выдержала по малолетству-то.

Выходила я из мощных рук Недды, полностью обновленная и помолодевшая лет на десять. Реально чувствовала себя почти ребенком. Больше всего мне хотелось рухнуть и уснуть, но это было невозможно: предстояло ужинать в общем зале с хозяевами.

Рольф вернулся в нашу комнату минут через пятнадцать после меня, с благостной улыбкой на лице:

-- Если бы у меня хватило денег перекупить Флинна, я бы сделал это, невзирая на уважение к графу.

По улыбке было понятно, что он шутит, но просто очень доволен жизнью. Очевидно, в мужской половине мыльни все обстоит так же замечательно.

Помогая мне одеться Ханна приговаривала:

-- Волосы у вас богатые, госпожа. Такие долго не просохнут, потому мы их сейчас в чепчик приберем. Никто и не увидит, что сырые.