Получилось что-то вроде поединка между боксером и танцором балета. ...А учитывая размеры наших степняков, вообще, - ""танцоршей"". - Балеруны конечно тоже в прекрасной форме. И гибкость у них получше боксерской, и ногами махать умеют покруче иного каратиста. Но простой прямой справа, выносит их с ринга, вернее чем пушечное ядро.
Для наших вояк, каждый из которых прошел через пару-тройку больших войн, десяток крупных сражений, и бесчисленное количестве мелких схваток, эти ""теоретики от боевых искусств"" противниками не были.
Так что теперь, можно было бы смело идти на штурм вражеских поселений... Кабы не проклятые отвесные стены, да узкий мостик.
...Все это я и объяснил, слушающим меня, впрочем без особого интереса, сотоварищам. Для них этот вопрос загадки не составлял. - Ясен пень мы круче, потому что это мы! А противник слаб, потому что он, не мы, и это правильно! Так что все занудные разглагольствования шамана, надо, как обычно старательно пропустить мимо ушей, сохраняя при этом на лицах максимально уважительное выражение лиц.
- Так чего делать-то будем? - Наконец спросил братец, когда поток моего красноречия иссяк.
- ...А давай-ка, поедим! - Нашел я универсальный выход из любого затруднительного положения. - А то уж скоро солнышко в зенит выйдет, а мы со вчерашнего еще не жрамши!
Предложение было встречено со сдержанным энтузиазмом. - Поесть мои соплеменники конечно любили. Но привитые с детства воинские навыки, подсказывали что дело это не самой первой важности.
Но уж коли Шаман говорит что можно прервать так удачно начавшуюся войну, на то чтобы набить брюхо, - почему бы этого и не сделать?
- А вы чего? - Спросил я спустя минут двадцать, после того как наши начали заниматься стряпней. - Я же вам сказал, - можете пойти и поесть!
- Дык ведь эта же.
- А где она у вас хранится? - Раздраженно спросил я, удивляясь подобной тупости.
- Дык вон ведь, в сараях. - Смиренно ответил работяга. - Тока нам туда ходить запрещено!
- И как же вы едите?
- А из общего котла. Дети Икаоитииоо, дают зерно стряпухам. Стряпухи кашу варят, и мы едим...
- Тащи сюда стряпух. - Печально распорядился я.