Правда, в отдаление виднелся небольшой домик, но вряд ли Люшия это имела в виду.
— Последние тридцать лет этот мир умирал, — так и не дождавшись от меня ответа, заговорила бабуля. — Моё тело и тела моих мужчин больше не могли проводить достаточное количество энергии для поддержания жизни нашего мира. И великий дух ушёл, чтобы возродиться в новом теле. Ни разу ещё смена эсы не приводила к таким последствиям. Я с шэсами каждый год в ночь равновесия взывала к Великому духу, но подходящей девушки для него не находилось.
Я долго молчала, не зная, что сказать.
— И как часто это происходит? — поинтересовалась осторожно.
Может, меня на пару месяцев пригласили, восстановить реки и все такое, а потом гуляй Алиса, ищи нору и белого кролика.
— Каждую тысячу лет, — огорошила меня Люшия. И увидев, как округляются мои глаза, зачастила.
В дом со мной Люшия не пошла, отговорившись тем, что потратила много сил и хочет ещё немного побыть со своими шэсами. Я так поняла, что это те балахонщики, участвовавшие в призыве. Правда, не стала спрашивать, кто они такие, посчитав, что ещё будет время для расспросов. И так понятно, что это что-то вроде свиты, раз они тоже были проводниками магии. Интересно, а у меня будут?
Стоп.
Не о том думаешь, Лисонька. Тебе прямым текстом сказали, что застряла ты здесь на тысячу лет и никого не волнует, что срок твоей жизни в десять раз короче. Или рыжее чудовище не только оплеухи раздаёт, но и плюшки? Люшия для тысячелетней бабули ещё неплохо выглядит. И всё-таки спасать мир я не нанималась.
В домике было всего две маленькие комнаты: одна, судя по столу и шкафчикам, кухня, а вторая спальня, раз вмещала в себя стул и кровать.