Поляна превратилась в мессиво их подергивающихся останков, отчаянно пытающихся снова собраться в полноценные тела.
— Сожги их, — приказал учитель.
Огня у Рэма не было, пришлось снова использовать молнии, точными разрядами уничтожая черную плоть. Когда с тварями было покончено, Мирэ подошел к Рэму и сказал:
— Неплохо. Как магия?
— Пока не очень, — признался юноша. — Кажется, я не могу пробудить больше одной точки зараз и не знаю, сколько это будет продолжаться.
Учитель нахмурился и мотнул головой:
— Не имеет значения.
С этими словами он махнул рукой куда-то в сторону. Рэм оглянулся и слова замерли у него на губах. Там находилась скала высотой в три человеческих роста, в которой зияла узкая расщелина. Всю ее заполняла вязкая красноватая масса, которая вращалась и тускло светилась.
Рэм покачал головой:
— Нам придется провести здесь не меньше недели, чтобы уничтожить такое гнездо. Там же сотня тварей, а то и больше.
— Не обязательно, — возразил Мирэ. — оттуда может выйти сотня взрослых особей. Но я не собираюсь охотиться по правилам. Поэтому ты здесь.
До юноши начал медленно доходить смысл его слов. Он недоверчиво спросил:
— Вы хотите сказать, что…
— Да, — прервал его Мирэ. — Ты сказал, что вышел из гнезда живым. Значит, понимаешь, как оно устроено. Я хочу войти туда и уничтожить щенков до того, как они выберутся и станут взрослыми райтари.
Рэм покачал головой:
— Вы не понимаете, что хотите сделать.
— Владеют снами? Вызывают видения? Я знаю. Мой дар поможет.
Изгой несколько мгновений смотрел в лицо своего учителя, пытаясь найти слова, чтобы отговорить его.
— Это моя территория, — жестко напомнил Мирэ. — И я должен очистить ее от тварей и запечатать проход в нижний мир.
Рэм спокойно заговорил:
— По правилам в случае с райтари применяется выжидательная тактика. Группа магов дежурит у гнезда, пока оно не опустеет.
Мирэ хмыкнул и повернулся к расщелине.
— Некоторые правила, Рэм, существуют для того, чтобы их нарушать, — негромко сказал он.
Юноша начал прозревать:
— Вы изложили свой план королю и получили его одобрение?
— Разумеется, оглянулся учитель, и Рэм заметил на его губах довольную улыбку. — Его Величество мои инициативы очень любит. Они часто сберегают жизни его людей. А если погибнешь ты… сам понимаешь, никто не заплачет.