Владимир спросил настороженно:
– С моей дружиной еще не сталкивались?
– Нет.
– Это хорошо.
– Но киян грабят нещадно. Где пройдет варяг, там тянется кровавый след.
Владимир буркнул равнодушно:
– Город только что взят. Как иначе? А что там с Панасом?
– Едва-едва успел. Как ты и велел, перебросил дружину верных тебе северян прямо к детинцу. Сейчас перекрыты все входы-выходы к твоему и десятку других боярских теремов. Хотя, думаю, тут ты остерегаешься зря…
Владимир зыркнул очами, покраснел от гнева, но перевел дух, смолчал.
– Пора, – сказал Владимир наконец, – пора с варягами кончать.
– Как?
– Не так, как собираются они.
– Княже… Ты не чересчур подозрителен?
– А с какой стати Ингельд сегодня велел киян не трогать?
Тавр хмыкнул:
– Так они и послушались!
– Больше половины почему-то послушались. И собрались на ночь в его тереме. Весь двор забили, как сельди в бочке. А чем он сумел их сманить?
Тавр внезапно стал серьезным.
– Если викинг отказывается от грабежа, то лишь для еще большего грабежа. Верно, сегодня ночью впервые не затевали драк, не напивались. Я проверил! Мои люди наблюдают за двором Ингельда с трех сторон.
Владимир стиснул кулаки. В усталых глазах с красными белками блеснула злость.
– Я сам не красна девица, много во мне обид и ярости, но перед викингами я вовсе овечка! Это сила темная, звериная. Это волки зимой, у них сила туров, а драчливость псов! Ладно, боярин… Говорлив я стал к утру.
Тавр раздраженно дернул плечом:
– Со всем новгородским войском! Разбрелась по Предградью. Отдыхают от войны, бражничают.
– Эх! Не мужи… Где вы, витязи Святослава? А малая?
Тавр хмуро улыбнулся:
– Малая на месте! До последнего человека. У Войдана один ответ: наотдыхаешься, мол, на том свете, где черное солнце светит. Да и людей подобрал таких, что как огненные змеи смертью дышат.
– Побольше бы таких… Да где взять? Тавр, из малой никого ни на шаг, а из большой собери всех, кого сможешь. Только тихо, общий сбор не объявляй. Нельзя, чтобы хоть кто-то заподозрил, что вот-вот бывшие союзники передерутся.
– А лучников? – спросил Тавр.
– Само собой!
Тавр улыбнулся:
– Уже велел расставить их по стенам. А лучших отбираю сейчас, дам самострелы и посажу на той стене. Оттуда весь двор как на ладони! Мышь не укроется.