— Может, эта квартира наказала мою мать за то, что она вошла сюда без спроса? Показала ей что-то? Или пыталась забрать, как остальных…
— И был бред, Влада, а это — и вовсе! — Кира встала. — Неужели ты хоть на чуть-чуть веришь в то, что говоришь?! Ты — современный человек, в торговом учишься… иногда, в конце концов!.. Откуда в тебе это взялось? От наркоты что ли?
— А ты поживи с больной два года! — сказала Влада с неким злорадством. — Послушай, что она говорит!.. Я посмотрела бы тогда, сколько в тебе всего бы понабралось!
— Какой была моя бабка? — Кира задумчиво посмотрела на стену.
— Никто ее толком не знал. Да и бывала она здесь редко. Ходила тихая-тихая, как тень, а смотрела на тебя так, словно на какую-то букашку. Высокая, еще красивая… вообще хорошо выглядела… А сколько ей было?
— Я даже не знаю толком… что-то около восьмидесяти. Даже за восемьдесят.
— Никогда бы не подумала, — Влада покачала головой. — Мне казалось, ей шестьдесят — не больше… Разговаривала с некоторыми… но во дворе никогда не сидела.
— Пошли, — Кира встала и направилась на кухню. Влада зашлепала следом, крутя головой по сторонам.
— А квартира-то вроде самая обычная, — недоуменно заметила она.
— Конечно, потому что она и есть обычная. Только очень разваленная. Странно, что у бабки было так много постояльцев…
— Ничего странного.
— Не начинай опять, а?!
— Зря ты мне не веришь, — Влада поежилась. — Холодно здесь как!"
"— Что есть, то есть. Под полом морозильная камера с трупами — вот и тянет оттуда.
Влада фыркнула и плюхнулась на табуретку. Через несколько минут она уже жадно поглощала горячий фаршированный перец, обильно политый сметаной, и по ее бледному лицу быстро расплывалось удовольствие.
— Только не начинай мне говорить: мол, если я сейчас брошу двигаться и возьмусь за ум…
— Нельзя взяться за то, чего нет. Но если ты бросишь двигаться, то у тебя есть все шансы не превратиться в труп и даже остаться особой женского пола. Даже симпатичной.
— Вкусно! — сказала Влада с набитым ртом.