Майор молча склонился над бездыханным телом, вытащил страшное орудие убийства, тщательно обтер о рубашку лежащего, затем осмотрел его карманы и забрал все, что там находилось: солдатскую книжку, фотографию курносой девушки, бумажник с советскими деньгами и местными «тугриками» и гаечный ключ. Бросив все это в бардачок, он завел машину и тронулся вперед, никак не предполагая, что и ему осталось жить на этой земле всего тридцать две минуты: водитель ничего не сказал майору о мине-ловушке, которую он заметил и осторожно сумел объехать, когда они направлялись на встречу с отрядом.
Всю ночь маленький отряд Савелия быстро и неслышно шел по афганской земле. Изредка, не останавливаясь, Савелий бросал взгляд на карту, проверяя маршрут. Когда рассвело, он решил не рисковать и выслал двух ребят в разведку, приказав вернуться через час и доложить обстановку. Остальные расположились в небольшой расщелине, выставив наблюдателя.
Савелий оглядел оставшихся и отметил, что странная «двойка» выглядела менее усталой, чем остальные: чувствовалась специальная подготовка. Они прилегли рядом и сразу же прикрыли глаза, словно стараясь избежать возможных вопросов. Но все молчали, и только рядовой Коломейцев, подложив под голову контейнер и сделав вид, что взбивает его, как подушку, на полном серьезе тихо проговорил:
— Однако жестковато будет! — Он снял камуфляжную кепку с головы и аккуратно уложил ее на край контейнера.
Опуская некоторые подробности, могу заверить уважаемого читателя, что ничего примечательного во время этого похода не произошло. И только когда они дошли до места, указанного на карте, Савелия отозвали в сторону двое разведчиков.
— Послушай, сержант, — начал Коротков, — в пакете, который ты получил, сказано, что с этого момента отряд переходит под мое командование. Можешь вскрыть и проверить.