В подразделениях иногда держали про запас, на «чёрный день», трофейные консервы. Но это в основном танкисты, самоходчики, автомобилисты и артиллеристы. А пехоте куда таскать за собой НЗ? Его или вмиг съедят, чтобы лишнюю тяжесть не носить, или обменяют на что-либо – ту же чистую нательную рубаху или трофейные сапоги.
После завтрака работа пошла веселее. Часа за два нагрузили «Студебекер», когда на станцию с вагоном прибыли все сапёры и отделение автоматчиков. Сергей едва не позеленел от злости.
– Почему самовольно оставили склад? Да я вас всех под трибунал… – он схватился за кобуру.
Негодованию Сергея не было границ. Но краснолицый старшина сапёров тут же прояснил ситуацию.
– Товарищ майор! Склад заливает водой. Подступает быстро, за полчаса – по середину голенища. Мы сначала решили, что канализацию где-то прорвало – так запаха нет. Вот и подумали: в туннеле уклон, его быстрее всего зальёт, не выберемся тогда.
Вода в метро – дело серьёзное.
Сергей спустился на рельсы. Из тёмного чрева туннеля раздавался глухой шум, очень похожий на далёкий шум идущего поезда.
Сергей выбрался на платформу.
– Молодец, старшина! Людей увёл – это главное. А ценности из подземного склада, да ещё и под водой, никто теперь не заберёт.
Сергей забрался в танк и по танковой рации сообщил в дивизию обстановку. Там вначале не поняли.
– Какая вода? Колесников, ты что, пьян?
– Никак нет.
"Сергея выматерили и приказали прибыть в дивизионный отдел СМЕРШа. По прибытии ему учинили разнос с битьём кулаком по столу и обещаниями разжаловать до рядового.
– У тебя что, солдаты ночью дрыхли?
– Спали, товарищ подполковник. Весь день ящики грузили да на вагоне по рельсам вручную возили. А ещё охрана на них была, да сутки не евши.
– Ты меня на жалость не бери! Пиши рапорт, как всё произошло.
Ну, рапорт писать не впервой. Сергей подробно отписал злоключения.
Пару дней его не трогали; он же томился неведением, ожидая наказания. Потом вызвали в отдел.
– Переусердствовали мы с тобой. Немцы, оказывается, канал взорвали над линией метро, и всё метро затопили. У тебя хоть люди спаслись, а на других станциях и в туннелях многочисленные жертвы есть – как среди мирных жителей, так и среди наших военнослужащих. Ничего, никуда от нас эти ценности не денутся.