Удерживая крепко и не давая выбраться из захвата. – Не пыхти, ёж. Твоя ревность такая смешная. Ты же знаешь, что ты её единственный и любимый сынок. Что ты ворчишь.
– Я и хочу им оставаться, – буркнул Орлов, расслабляясь. – И её, и твоим.
– О, так ты не её любовь ко мне ревнуешь, а мою к ней? – Максим рассмеялся и прижал Орлова ещё крепче. – Хочешь называть меня папочкой?
– Иди в жопу, – Лёшка снова попытался вырваться.
Но Максим совсем неожиданно перевернул его, подминая под себя и заваливая спиной на диван.
– Такой ты дуралей порой, – Максим нежно улыбнулся и провёл большим пальцем по гладкой щеке Орлова. – Лёшенька мой сладкий.
– Фу, – Лёшка показательно скривился. – Я тебе не пидор, чтобы сладким быть."
"– Конечно не пидор, – с едва сдерживаемым смехом согласился Максим. – А вполне себе состоявшийся гей. Люблю тебя, идиота.
Щёки Лёшки вспыхнули. Он порой смущался как вчерашний девственник от простых признаний.
– Пусти, – пробухтел Орлов, отворачиваясь. – Еда остынет.
– Не пущу, – с улыбкой ответил Максим.
Плевать на еду. Тут дела поинтересней.
И он наклонился, находя губы упрямого Лёшеньки, который решил повредничать и попытался уйти от поцелуя. Но не тут-то было.
Максим не сказать, что был сильнее, но тоже умел проявить настойчивость. Когда хотел. А сейчас он совершенно точно хотел.
***
Максим нечасто бывал у своих родителей в последние годы. Они жили за пару тысяч километров от столицы. И выбираться к ним удавалось порой не чаще раза в год. Созванивались, конечно, периодически. Но это всё же не то.
Возможно, именно потому он так и прикипел к Орловым. Таисия Сергеевна, или просто Тая, и Дмитрий Александрович, конечно, не заменили Максиму семью, но за прошедшие годы стали его очень близкими людьми.
Они оба были ещё довольно молодыми, Лёшку родили на первых курсах института, и на самом деле не так далеко ушли от своего ребёнка по менталитету и поведению.
Фадеевы были старше и более советской, что ли, закалки. Смирились, конечно, со временем. Но всё равно со скрипом. Может это и было одной из причин, почему не тянуло Максима их часто навещать. Не простил их, наверное, до конца. Хоть и сгладилось всё с годами.