Думала продолжить издеваться, даже будучи не совсем уверенной над кем именно, потому что самой тоже не комильфо было, но мы уже добрались до пункта назначения.
— «Барсук», — гоготнула, читая вывеску на баре, когда вышла из машины. — А чего точку в середине не поставили?
— Бар Вадима. — Открывая мне дверь в заведение усмехнулся Костя, придерживая под локоть меня, уже с мысленным воплем «тут моя чокнутая!» готовую бежать внутрь. — Он хотел, но в последний момент передумал.
А чувство юмора у мужика отменное, — оценила я, оглядывая пафосную обстановку и не менее пафосный контингент.
Хостес, обозначив, что нас ждут, сопроводила на второй этаж. Здесь музыка была очень негромкая, зал меньше чем на первом этаже, но еще более пафосный и еще менее заполненный, но чокнутую я узнала сразу. Они сидели вдвоем в некотором отдалении и наискось от входа и вообще ничего не замечали, там была своя атмосфера.
Данка перехватила шнурки от капюшона темной ветровки, сидящего полуразвернувшись к ней на стуле мужика и резко дернула их вниз, закрыв его лицо капюшоном полностью.
— Шевель, давай как с попугаями, свет выключили — они заткнулись, — фыркнула она, сильнее дергая за шнурки, мешая ему расправить капюшон. — У меня уже горло болит смеяться.
Я абсолютно инстинктивно немного придержала за руку Костю, вынуждая остановиться, жадно вглядываясь в ее улыбающийся профиль.
— Оно у тебя не от этого болит, — иронично хмыкнул Вадим, выдыхая сигаретный дым в сторону и рывком придвигая ближе к себе ее стул, чтобы положить на него локоть и сжать ее кисть мешая дергать шнурки, — ты так и не ответила: чей дом первым потушат, богатого или бедного?
— Причем тут полиция? — глядя на его длинные пальцы на своей кисти, она на секунду прикусила губу и посмотрев на него, которому все еще мешал капюшон, пользуясь этим, очень неоднозначно скривилась.