Король Ардена

Все в порядке?

– Да, конечно. – Он тряхнул головой и вяло приподнял уголки губ.

Аврора снова забралась на кровать и села на колени рядом с мужем.

– Рэндалл, прошу, поговори со мной. Расскажи, что тебя гложет?

– Все хорошо, душа моя, тебе не о чем беспокоиться.

Она взяла его руку и провела подушечкой пальца по перстню, мерцание которого при свете дня было едва заметным. Затем перевернула его ладонь и погладила тонкий шрам, оставшийся после ритуала.

– Помнишь, что наши души связаны? Я знаю, что ничего не в порядке.

Чувствую это. – Она подняла взгляд на притихшего Рэндалла и прижала ладонь к его груди. – Когда у тебя болит здесь, я ощущаю ту же боль. Пожалуйста, Рэй, не молчи. Поговори со мной. Уж я-то знаю, к чему может привести молчание. Так ты не справишься со своими демонами. Они сожрут тебя изнутри. Поговори со мной, пожалуйста.

Рэндалл издал странный хриплый звук, словно воздух застрял в его легких. Он опустил голову, сжав челюсть до скрежета в зубах, и просидел так около минуты.

Аврора уже не надеялась услышать от него хоть слово, но он совсем тихо заговорил:

– Когда я был рабом арены, то не мылся на протяжении полугода. Ни разу. – Он прикрыл лицо ладонями и несколько раз глубоко вздохнул, прежде чем продолжить: – Там не было ни бань, ни ванны, даже уборной. Мы… мы справляли нужду прямо в темницах. В этих же темницах потом ели. Наши матрасы, вернее, их подобие кишели клопами, блохами и вшами.

За несколько месяцев я стал напоминать животное. Голову приходилось брить, чтобы хоть как-то бороться со вшами. Сменной одежды тоже не имелось. Мои вещи были испачканы… всем, чем только можно. А еще кровью. Не только моей, но и убитых мною бойцов.

Аврора почувствовала саднящую боль в горле от рвущихся наружу слез. Рэндалл никогда не рассказывал подробности о своей жизни в рабстве, и сейчас каждое его слово было пропитано горечью.

– От нас воняло настолько, что, когда стражники заходили в темницу, чтобы забрать нас на очередной бой, они зажимали носы, а их глаза слезились.

 – Рэндалл не отрывал ладоней от лица, будто стыдился смотреть на Аврору. Или боялся увидеть отвращение в ее взгляде. – Однажды Джованни набрал новых стражников, и одного из них стошнило прямо мне на ноги, когда он вел меня на арену. Он сказал, что от свиней в его хлеву пахнет приятнее, чем от меня.