Алорнис навела орудие, выпустила струю пламени, лизнувшую борт, а затем окатившую палубу, без разбора поджигая людей и снасти. С палубы посыпались горящие тела, сквозь густеющий дым донесся многоголосый вой, а потом и вонь паленого мяса.
Алорнис задрожала и побледнела, застыла, опустив руки. Машина прекратила метать огонь.
Лирна быстро подошла к Алорнис, развернула ее к себе.
— Миледи, нельзя отказываться от того, что вы взвалили себе на плечи, — произнесла королева, взяла руку Алорнис и положила ее на трубу.
В машину ударила стрела, закаленный наконечник раскрошился о железную станину. Алорнис не заметила ее, кивнула королеве и, по-прежнему мертвенно бледная, взялась за машину, изменила угол наклона, окатила воларцам паруса. По вражескому кораблю бегали люди с ведрами в руках, стараясь потушить огонь, — но смесь не гасла. Скоро запылал рангоут, и команда попрыгала в воду. Горящие тела врезались в волны, как дымные метеоры.
Лирна осмотрелась в поисках следующей жертвы и заметила подходящий корабль по левому борту.
— Передайте капитану, чтобы занялся вот этим, — сказала Лирна Мюрель и обратилась к Алорнис: — Миледи, я полагаю, что вашей машине нужно больше топлива.
К ночи они прожгли дорогу сквозь центр воларского порядка, рассекли вражеский флот надвое и переполнили страхом сердца всех моряков и вольных мечников, видящих, как пылают в сгущающемся сумраке десятки кораблей. Но битва не окончилась. Хотя вражеский флот потерял управление и смешался, отдельные корабли атаковали с самоубийственной дерзостью.
"Но варитаи не преодолели и нескольких футов. Люди Норты бились искусно и свирепо — месяцы тренировок не прошли даром.
Когда варитаев перебили либо сбросили за борт, Норта выстроил солдат в узкий клин, повел на вражеский корабль и быстро одолел команду, в отчаянии сгрудившуюся у главной мачты.