Даже капитану личной охраны приказала не подпускать лорда Дадли ко мне близко, помня о его привычке караулить за колоннами.
В Совете установилась гробовая тишина, прерываемая, казалось, лишь моим дыханием. Роберт тем временем вежливо поклонился, ожидая разрешения.
– Конечно, вы… можете идти, лорд Дадли, – запинаясь, произнесла я. Когда он покинул зал, тишину разорвал гул голосов. Сочувственных, злорадствующих, недоуменных… Конечно, люди не глухие и не слепые, понимают, чего добивается лорд Дадли.
– Выгнать его из Совета, что он себе позволяет! – тем временем возмущался граф Арундел. – Его поведение переходит все границы дозволенного. Оно становится уже просто неприличным…
– Лорд Дадли еще не оправился после ранения, – вздохнула я. Надоело все время его защищать! – Мой врач дает ему восстанавливающие настойки. Кто знает, что туда подмешивают. Возможно, некоторые травы ослабляют мыслительные процессы.
– К моменту приезда принца Фредерика лорда Дадли не должно быть при дворе, – гомон советников прервал негромкий голос Уильяма. – Перепады его настроения не пойдут на пользу встрече с одним из претендентов на вашу руку. Но организовать это не составит труда. Ведь впереди летняя выездная сессия.
И точно! В начале июня английский двор на все лето покидал гостеприимные стены столицы, спасаясь от летней жары и удушливого смрада, поднимающегося от разлагающихся нечистот на улицах города, и отправлялся в длительную поездку по Англии, которая называлась странным словом «прогресс».