Королева. Выжить, чтобы не свихнуться

Хорошо, что в прошлой жизни я провела тысячу и одно совещание, и меня уже ничем не испугать, даже нестройным хором разочарованных голосов. Знаю, еще столько вопросов не решено, но я чувствовала, что еще немного – и погибну здесь, среди малознакомых мужчин и государственных дел. Слабость напала исподтишка, взяла в окружение, собираясь меня прикончить. Я же решила сопротивляться и сбежать из каменных стен на свежий воздух.

– Роджер, – кивнула Эшаму, так как была уверена, что без него не найду дорогу в свои покои. – Господа…

Я коротко кивнула.

Советники встали, и мы с Эшамом покинули зал. Естественно, в сопровождении гвардейцев. Интересно, это их Уильям приставил или королева все время передвигается под присмотром телохранителей?"

"У своих покоев попрощалась с Роджером до обеда. Боже, храни королеву, меня то есть, что осталась без помощника! Слуги распахнули дверь в личные покои, и я тут же угодила в заботливые руки фрейлин. Всех имен еще не знала, приходилось выкручиваться. Кэти занималась королевским нарядом для вечера.

Мэгги, Бэтти, Бэсси, Летти отправились со мной на прогулку, но, естественно, после того, как меня переодели в другое платье – коричневое, теплое, с наглухо застегнутым воротником. К нему полагался килограмм золотых украшений, от которых я отказалась: все равно не видно под меховой накидкой. Зато теплые сапожки и перчатки не помешают…

В саду перестала робеть перед девочками – надо же, Тайного Совета не испугалась, но растерялась с фрейлинами – и с интересом слушала последние сплетни.

А именно, как убивались придворные, пытаясь штурмом взять фрейлин, чтобы те передали королеве заверения в преданности и пожелания скорейшего выздоровления. Ну и дары, как без них!

– А что подарили-то? – поинтересовалась я.

– Сладости, – доложила Бесси, полненькая хохотушка в завитках светлых волос. – Знают, что вы их обожаете. А еще книги, веера, драгоценности…

Девочки принялись перечислять, кто именно и что принес. Я, жмурясь на полуденное солнце, гуляла по парку, чувствуя, как обретаю душевное равновесие.

Подол платья, несмотря на пышные юбки, волочился по снегу, но это, похоже, никого не волновало. Значит, я тоже не буду переживать! Может, и правда все обойдется? Глядишь, и приживусь в этом времени.

Тут как чертик из табакерки – весь в черном из ниоткуда – вынырнул Уильям, прибился к нашей группе и завел беседу о шотландском вопросе, который так и не успели обсудить на Совете. Эх…

– Уильям, на нас напали? – вздохнув, поинтересовалась я.