— Любить меня, — шепчет ей будущий муж.
— И это все? — уточняет засмущавшаяся невеста, когда в помещении раздается голос священнослужителя, приглашающего гостей в часовню.
— Нет, — строго говорит Демьян, предлагая ей руку, и она обеспокоенно глядит на него. — Нужно, чтобы и я любил тебя. Вот теперь все.
В маленькой часовне, пахнущей маслами и деревом, под непрерывное всхлипывание старой няни, после положенных молитв и славословий двум божественным прародителям, король Бермонта надевает на руку невесте обручальную пару, и она тоже натягивает ему на палец кольцо, застегивает на его запястье браслет.
Месяц, по сути — это так недолго.
Затем было официальное фотографирование для прессы. Праздничный обед и обмен подарками.
— Это рубашка на первую брачную ночь, — спокойно объясняла королева Ридьяна, показывая Полине что-то объемное, сероватое, тяжелое, сшитое из очень уж сурового полотна.
Вдовствующую королеву посадили рядом, Демьян сидел напротив, и на руке его тусклым серебром светилась обручальная пара. Девчонки вокруг с любопытством прислушивались к разговору.
— И что же это за испытание? — вежливо поинтересовалась Полина, рассматривая чудесную — не в пример ее — вышивку на плотной ткани. Знаки плодородия, цветы, колосья, все сплетено в изящный цветочный узор.
— Мужчина должен быть достаточно силен, чтобы порвать ее на будущей жене, — сказала королева и мечтательно, словно вспоминая что-то, улыбнулась. — Если не сможет, девушка имеет право уйти. И никто ее не осудит.
— Так ведь мать может специально выбрать некрепкую ткань, — удивилась рядом сидящая Алина.
— Да что вы, Ваше Высочество, — сурово сказала Ридьяна Бермонт, и Алина смутилась, — это же позор. Каждая мать должна гордиться тем, что вырастила сильного сына. Раньше, в старину, такие рубахи прошивались сотнями стальных нитей.
— Хорошо, что сейчас никаких нитей здесь нет, — пробормотала Полли, поглаживая шершавую вышивку и поглядывая на невозмутимого жениха.
— Почему нет? — удивилась королева. — Не сотни, конечно, сорок шесть, как положено. Именно столько лет Великий Хозяин Лесов прожил со своей человеческой женой. Да вы не волнуйтесь, Полина, мне стыдиться будет нечего.