— С чего ты это взяла? — В глазах Несты появилась привычная жесткость. — У меня ни с одним предметом не получилось. Вот такие, сестричка, мои успехи.
Я едва не разинула рот. Сочувствия в свой адрес Неста не принимала, и я рисковала стать мишенью ее язвительной тирады. Я выбрала другой путь.
— Нужно как-то помочь Элайне.
— Как? — сжалась Неста. — У тебя есть предложения? Или ты позволишь Ризу залезть к ней в голову и вправить мозги?
— Во-первых, я бы такое никогда не предложила. А во-вторых, сомневаюсь, что Риз в состоянии выправить чей-то рассудок.
Неста принялась расхаживать перед потухшим очагом.
— Все имеет свою цену. Возможно, за молодость и бессмертие Элайна расплатилась частью своего рассудка.
От ее слов у меня задрожали колени.
— А какую цену заплатила ты? — спросила я, опускаясь на мягкий диванчик.
Неста остановилась.
— Смотреть на страдания Элайны, когда сама выбралась оттуда без единой царапины.
— Неста!
Я снова вскочила на ноги.
— Не волнуйся. Выдержу.
Она пошла к лестнице.
Ласэн сел напротив.
— Тяжелый день? — спросил он.
Я что-то буркнула в ответ.
— Я считал Тюрьму одним из мифов, — признался Ласэн, щуря металлический глаз.
— Как видишь, нет.
Ласэн чувствовал, что я не особо настроена разговаривать.
— Надо чем-то помочь Элайне. Я слышал… что она говорила на лестнице. Надо бы позвать целителя. Ей нужна помощь извне и изнутри.
Я вдруг почувствовала себя очень усталой. Мне едва хватало сил, чтобы спросить:
— Думаешь, Котел повредил Элайне разум?
— Мне кажется, она прошла через нечто ужасное, — осторожно ответил Ласэн.
— Ладно, — выдохнула я. — Завтра утром.
Кое-как я встала с кресла. На меня накатило давнее, уже забытое ощущение тяжести. Казалось, сейчас завалюсь спать на сотню лет, но и этого будет мало.
— Ты мне потом расскажи… про результаты осмотра, — попросил Ласэн, когда я уже выходила из гостиной.