Уже чувствовала, как хочется сбежать из собственной кожи, а она ведь еще даже не рассказала о себе ничего важного. Ничего, что связывает ее с событиями той судьбоносной ночи в ателье.
– Неужели? – спросила девушка. Судя выражению ее утонченного лица, поверила. – Я возьму их все. – Она махнула рукой на платки, точно накладывая на них заклинание.
– Все? – вырвалось у Анабель, края ее желтой ленты развевались на ветру. – Что ж, не мне вас отговаривать… В конце концов, время не резиновое и так далее.
Пока Анабель собирала платки, чтобы их посчитать, Селина таращилась на девушку перед ними, озадаченная внезапным поворотом событий.
– Если вы учились у couturière, то умеете шить и наряды? – спросила девушка.
Селина снова кивнула.
– Mais oui, bien sur[19].
"– Marveilleux![20] – Она наклонилась ближе, ее глаза блестели, как теплый халцедон. – Я мучаюсь со своей нынешней modiste[21], и мне жутко необходим костюм для бала-маскарада на Марди Гра в следующем месяце. В этом году в качестве особого гостя приглашен русский герцог, и мне необходимо нечто заметное. Нечто ярко-белое и напоминающее о королевском дворе дореволюционной Франции, полагаю. – Она сморщила нос, точно собиралась раскрыть секрет. – По правде сказать, несмотря на все глупости и ужасный запах, я считаю, это было лучшее время в женской моде за последнее время.
Еще одно дерзкое замечание сорвалось с губ Селины:
– Да, мадемуазель. Здравая мысль.
Зрачки девушки блеснули, точно та слышала мысли Селины.
– Вы просто прелесть. Точно Бастьян в платье. – Она посмеялась над своими же словами.
Растерянные морщинки собрались на лбу у Селины. Это было оскорбление или комплимент?
– En tout cas…[22] – продолжала девушка, вертя рукой в воздухе, точно разгоняя дым. – Вы сможете встретиться со мной сегодня вечером?
Селина попыталась быстро сообразить. На следующий день после их прибытия мать-настоятельница предупредила, что не стоит разгуливать по городу в темное время суток, особенно во время карнавального сезона.