– Поруганная честь той девчонки стоила того, чтобы быть отлученным от Дома? – Хэль облизнул губы. – Хотя, постой, тебя куда сильнее задевает то, что папочка поверил слухам, а не твоему слову.
– Заткнись!
– Может, стоило вести себя лучше? Быть хорошим сыном? Не порочить имя сомнительными связями и делишками?
– Я вырву твой поганый язык, – сквозь зубы прорычал Рай.
– Буду с нетерпением ждать, пока ты наберешься смелости, коротышка.
Юнец выскочил из кабинета, Хэль проводил его взглядом и удовлетворенно улыбнулся.
В следующий раз этот глупец подумает, прежде чем грубить.
Хэль потянулся и прикрыл глаза, отдаваясь истоме, охватившей тело. Да, так хорошо он не чувствовал себя очень давно…
Глава 31
Савьер дохромал до двери и замер в нерешительности. Из-за створок из рунической древесины доносились недвусмысленные звуки. Ему стало настолько противно, что он едва не ушел, лишь острая необходимость поговорить с братом заставила его пересилить себя.
Ему пришлось стоять под дверью и слушать, как Лаверн занимался с кем-то любовью. Слюна во рту стала горькой, ему захотелось сплюнуть прямо на толстый ковер.
«Какой же он мерзавец», – со злостью подумал Савьер.
Узнать Элинор достаточно хорошо он не смог, но был уверен, что она никогда не позволит себе впустить в свою постель кого-то кроме Лаверна, тогда как тот ни в чем себе не отказывал.
Савьер не выдержал и ударил в дверь набалдашником трости. Звуки стихли, затем он услышал возню, голоса, а спустя мгновение Лаверн выкрикнул:
– Входи!
В спальне пахло потом и чем-то еще, скорее всего, недавней близостью. Савьер поморщился.
Лаверн лежал на подушках, едва прикрытый атласной простыней. Девушка рядом с ним натянула одеяло до самого горла и испуганно таращилась на Савьера. Тот едва сумел подавить рвущийся из груди разочарованный вздох.
Зоуи.
Чувство гадливости усилилось во множество раз, на лбу выступил холодный пот.
Он ни разу не прикоснулся к ней, ни разу не оскорбил и не распускал руки. Ему хотелось верить, что однажды она ответит на его чувства и…
Это было наивно. И глупо. А после того как Лаверн узурпировал трон, Савьер и вовсе затолкал свои чувства подальше, занятый попытками сделать хоть что-нибудь, чтобы прекратить кровопролитие.