С трудом поднялся с перин и, шаркая ногами, поплелся к двери. Перины — это, конечно, здорово, но тело после них ломило так, будто разгружал рыбу в порту, нормально не повернуться. Может, конечно, с непривычки. Уже подойдя к двери, он обратил внимание, что на улице начало смеркаться, а значит, проспали они весь день напролет.
Он прокашлялся, норовя с ходу вернуть своему голосу звучание с английским акцентом.
— Заходите.
Открыл дверь. На пороге стоял человек, которого Митька видел впервые — не из числа наемников Ивана.
— Одевайтесь, я провожу вас на пир, что устраивает Ивановское сто в честь вашего прибытия, — сообщил он.
Глава 2
Территориально Ивановское сто располагалось на стороне Торга. Рядом с тем самым городищем, что купцы прозывали государевым. Видно, было у купчиков здесь все схвачено и наметано как следует. Рука руку моет. Новгородцы с москвичами сидели рядышком. Одни в государевых избах, что в большом количестве строились на Торгу.
Пир, само собой разумеется, проводили не в самой церкви. Дабы поместить всех гостей, столы и лавки вынесли на улицу.
Гостей встречала купеческая делегация в составе пяти человек. Обменивались рукопожатиями, дежурными фразами и ничего не значащими улыбками.
Четверо из этой пятерки были выряжены в такие же суконные долгополые кафтаны, как предоставили рыбакам на смену люди Ивана.
Из делегации выделился один купец, постарше, посолиднее животом. Из-за внушительного пуза кафтан на нем смотрелся как на деревянной бочке. Кафтан его был сочного яркого цвета, расшит причудливыми и витиеватыми узорами, а вокруг талии — поясок золотого цвета.
— Здравия, немцы! — выдал он. — Слышал, вы по-русски понимаете? Али толмачей привести, дабы потолковать?
— Здравия, я понимаю, а люди мои нет, так я за них скажу, лучше всякого толмача вашего, — заверил Митька.
— Дело, — оживился купец. — Всяко лучше с глазу на глаз разговор вести, чем через толмача.
— Всяко, — подтвердил Митька и представился: — Капитан Мэтью Чарльз.