Легат

— Да, под Альфой. Как и прочие А-сущности, опасные даже вне тела.

— Вне тела? Что это значит?

— Под Альфой заключены очень сильные и злобные твари, — медленно проговорила Мора, — Старые, даже я не знаю многих имен. Они могут пожирать чужие души, захватывать живые носители, убивать мыслью и сводить с ума, будучи азурической сущностью. Они опасны даже для сильных Заклинателей!

— Ты говоришь, как будто они не Инки.

— Общего у нас с ними — только происхождение! Есть Святые. Есть изгои. А есть такие Инки, кто никогда не регистрировался в системе Стеллара и навсегда отключил когитор.

Или нашел способ его уничтожить. Некоторые настолько изменили свои анимы, имплантируя геномоды азурических тварей, что метаморфозы стали необратимы. Первый Легион охотился на таких. Не знаю, зачем Прометею понадобилось сажать их в Куб — по мне, так им самое место за Гранью!

Она не знала, зато я предполагал. Мой предшественник пытался вручную сохранить души Инков для новой попытки — потому что проект «Стеллар» оказался мертворожденным.

Вернее, изначально сломанным. Вместо полноценного охвата и контроля системой Стеллара всей Земли, со стабильным возвратом онтоприонов в Ядро и ковкой новых Инкарнаторов вышло лоскутное одеяло «серых зон». Прометей пытался упорядочить этот процесс, создавая сеть Монолитов с терминалами-ретрансляторами, но не преуспел. В итоге, на сегодняшний день, спустя неполных четыреста лет после запуска «Инкарнации» Инков осталось всего несколько сотен. И то неизвестное количество душ, что содержалось в Кубе, сейчас было стратегическим резервом человечества. Я даже догадывался, как Прометей собирался поступить с ними, загадкой оставалось лишь — почему он не сделал этого раньше. Опасался анимафикации измененных душ? Или во времена Первого Легиона количество лояльных Инкарнаторов было вполне достаточным для выполнения его целей?

— Сколько еще продержится Куб, Мора?

— Не знаю. Не очень долго. Без нужных геномодов я не могу поддерживать защиту. Теневой лабиринт скоро развеется, и Куб перестанет быть скрытым, — прошептала она, — Тогда его почуют многие, слетятся, как Твари на запах крови.

Нас ждет битва.

После разговора с Заклинательницей Теней я задумался. Невозможно выпустить из-под Альфы одну-единственную душу, снятая Печать освободит всех узников. Если слова Моры правдивы, это крайне рискованная, почти самоубийственная затея. Но опасная игра и высокие ставки — две грани одного клинка.

Мора ушла.