А ведь они резервная часть, почти на треть укомплектованная новобранцами!
— Не мельтешите перед окнами, не высовывайтесь! — рявкнул Блай, сам осторожно выглядывая наружу через выщербленный, скалящийся кривыми осколками стекла проем. Противный белесый туман, скрывающий обгорелые деревья и раздолбанные ангары, мало что позволял разглядеть даже выкрученным до предельной резкости глазным имплантатом. Отчетливо проступал только уродливый силуэт «Титана» милях в десяти, застывшего на подломанных лапах. Там нехило так сверкало и громыхало, но предполагаемые вражеские позиции, как и всегда, скрывало густое, непроницаемое марево.
На азур-индикаторе мерцал значок слабого потока А-излучения. Выругавшись про себя, Блай грозно рявкнул:
— Марлоу! Доклад!
— Все чисто… Ничего не чувствую, сэр, — доложила молоденькая темнокожая афро, одна из двоих трибутов, приданных в его алу вместо выбывших бойцов.
— Точно?! А откуда азур-фон?!
— Туман. Это от него! Он нехороший… — пробормотала Марлоу. Блай сам был из афро, хотя пятнадцать лет назад покинул Мумбаи, потому и взял над соплеменницей некое шефство.
Туман, значит…
— Шлемы ни в коем случае не снимать! — предупредил он."
"Его ала была неполной — шесть легионеров и два рекрута-трибута. Тяжело дышащие после броска с винтокрылов бойцы обживали помещение, расположившись между проемами и кучами мусора. Они проверяли оружие и прислушивались к рокоту долетавший со стороны «Титана» канонады. С каждой секундой в нее вплетались новые нотки, что не предвещало ничего хорошего.
— Что думаешь, Блай, скоро начнется? — спросил аларх Тим Уайт, десять лет ходивший бок о бок с Блаем, и потому пользовавшийся особым расположением.
— Скоро. Иначе зачем мы здесь? — буркнул Блай, — Что, не слышишь? Синенькие зашевелились…
— Говорят, наши кланы на подходе, вот-вот здесь будут… — с надеждой вставил Даймон, второй трибут-новобранец из прикомандированной к але Блая двойки.
— Дуралей! Потому мы и тут… Ты знаешь, значит — и они знают, — Блай ткнул пальцем в сторону марева за окном. — Синие не дурнее тебя.