Искореженная колея пролегала причудливыми поворотами и восьмерками, словно чудовище бесцельно бродило, попутно разрушая инфраструктуру Города. Серебристые дуги мостов торчали рваными краями, аккуратные водохранилища превратились в грязную лужу, залившую огромное пространство. Водозаборы и гидросооружения были безжалостно взорваны. Неподалеку то и дело раздавался треск очередей — скорее всего, это летучие шайки Бродяг-мародеров отстреливали шальных ракоскорпионов, которые мешали им грабить разгромленные складские и фабричные комплексы.
Сердце буквально обливалось кровью при виде этого хаоса. То, что созидалось годами и десятилетиями, могло погибнуть за несколько дней. Я скрипнул зубами — мой предшественник, построивший Город, вряд ли был бы доволен открывшимся зрелищем.
Второе кольцо намного уже первого и визуально просматривалось насквозь. Черная гора движущегося чудовища выделялась на фоне последней Стены. Она медленно ползла, напоминая дымящийся вулкан.
По нашим разведданным, зонтик вражеского ПВО прикрывал только их отряды и ключевые узлы захваченных фортификаций. Осадного кольца не существовало, для единого фронта потребовалось бы на порядок больше сил.
Мы надеялись, что проскользнем незамеченными — вингер Кайры обладал подобием режима «гост», экранирующим визуальное, радарное и сенсорное обнаружение, а моя «Непроницаемость» обеспечивала скрытность в большинстве прочих диапазонов.
Группа Сталкера и Алиса летели следом на небольшом, юрком и малозаметном «Голубе», как две капли воды похожем на аппарат Львиноморда, найденный в гнезде руха. Он забрался на максимальную высоту и должен был проскочить дырявое решето вражеских позиций.