И я умею разговаривать с подростками! Я знаю, когда они врут. Родион не врет.
Сзади подошли какие-то люди и тоже стали рассматривать топор и козлы.
– По мне, – заявил Степанов довольно громко, – метафора уж слишком очевидна.
– Да это вообще никакая не метафора, – поддержала Тонечка разговор об искусстве. – На метафору не тянет.
– А как же топор войны?
– То есть, вы хотите сказать, это намек на борьбу индейцев с белыми? Топор войны – это что-то из Фенимора Купера!
И они перешли к следующему произведению."
"– Вам не удалось узнать достоверно, знает ваш муж о Поясе или нет?
Тонечка покачала головой.
– Он со мной почти не разговаривает, – призналась она. – А я не знаю, как спросить. А вы узнали, когда Кондрата освободят?
– Я был занят другими делами, – сообщил Степанов сухо. – Мне даже на руку, что он пока за решеткой, меньше хлопот. Я должен найти этот Пояс!
– Как он мог украсть такую вещь? – спросила Тонечка. – Вы же говорите – предмет культа, раритет! Его, должно быть, охраняли!
– Нет такого раритета, который нельзя было бы украсть.
– Да, но зачем это нужно? – недоумевала Тонечка. – Его ведь, наверное, даже не продашь!
– Говорите тише, пожалуйста, – попросил Степанов довольно сердито. – Вы не на митинге.
Тонечка покивала.
– Продать можно тем, у кого украли, – объяснил фээсбэшник неохотно. – Это довольно хлопотно и опасно, нужно уметь. Но за такие вещи платят огромные деньги! Не коллекционеры, разумеется, а как раз те, кто понимает их истинную ценность.
Тонечка рассматривала синтетическую елку, увешанную смятыми банками из-под кока-колы, рулонами туалетной бумаги и пустыми пластиковыми бутылками. Композиция называлась «Дубрава».
– Все же поговорите с мужем, – посоветовал Степанов. – Хотя бы попробуйте!.. Вдруг нас что-то наведет на след.
– Пока что никто не доказал мне, что мой муж в сговоре с ворами и бандитами, – сквозь зубы выговорила Тонечка.
Степанов улыбнулся.
– Не волнуйтесь так, – попросил он.
– Понятно, – сказала Тонечка.
Они еще постояли перед композицией.
– Здесь тоже слишком ясен смысл, – вымолвила она наконец. – В современном мире дубрава выглядит именно так – куча мусора на синтетическом дереве. Никакое это не искусство.