— Баба то баба, а «фрицам» пендюлей выписала по полной, — по голосу это тот первый солдатик.
— Куда ранена, говори? — спрашивает сержант, который поддерживал с одной стороны."
"Ранена? Я? Провожу рукой по лицу, ладошка в крови. Вот чёрт. Я мордой лица видимо приложился обо что-то при посадке и рассёк бровь. Даже не заметил. Сержант и рядовой сложили руки «замком», поддели меня под зад и понесли в сторону села. Наверно кайфуют, девочку за задницу подержать. Оно и понятно, мужикам только дай возможность честную девушку за жо… простите за попу потрогать.
— Дочка, тебя как зовут? Лет то сколько, молодая совсем? — задаёт он сразу серию вопросов.
— Ж-женя и мне двад-цать л-лет. М-младший лейтенант, гвардии.
Вот те, на. Язык то у меня похоже заплетается. Может хозяйка моего тела и не пробовала водку никогда. Офицеры смеются, а комбат приказал принести мне крепкого чая и что-нибудь перекусить.
— Мужики, вот ведь девчонка совсем, а смотри как немцев колотит. Наши бойцы так «ура» кричали после каждого сбитого фашиста, что наверно в Берлине слышно было, — хвалит меня комбат.
— Эх, нам бы в сорок первом таких, да побольше. Мы бы немцев за год разогнали, — сокрушается старлей.
— Геройская девушка. Сообщу вашему командованию. Пять фашистских самолётов сбила. Да что там? Напишу командующему фронтом.