Это преобразование социальной структуры огромной страны требовало огромной помощи на самом первом уровне. ОГПУ нанимало обычных людей и платило им за помощь. Молодые мужчины, женщины и дети, у которых имелись нужные склонности и предрасположенность к деятельности такого рода, стояли с винтовками на полях с рассвета до темноты, убеждаясь, что крестьяне действительно работают и не воруют.
Этих людей называли полольщиками.
БудущееНа следующее утро, когда дед и бабушка отправились в местный Совет, чтобы вернуть мешок с сахаром, Татьяна и Паша пошли с ними.
– Товарищ Метанов, мы вас ждали. Где сахар?
Председатель и двое его помощников взвесили мешок – трижды! А потом Родинко встал перед дедом и бабушкой и спросил, почему они так долго его не возвращали.
– Почему вы не принесли его сразу же, товарищ?
– Уже поздно было. Мы собирались ужинать.
– Посмотрите на это с нашей точки зрения. Похоже на то, что вы не собирались возвращать мешок, пока вас не навестил товарищ Канторов.
Дед и бабушка помолчали. Потом дед сказал:
– Мне не нужен товарищ Канторов, чтобы вернуть то, что мне не принадлежит. – Он произнес это таким тоном, словно товарищ Канторов вообще был тут ни при чем. – Что-нибудь еще?
– Пожалуй, – ответил Родинко. – Садитесь.
И началось.
– Этот мешок сахара, товарищ Метанов, принадлежит нашим солдатам, нашим фабричным рабочим, нашим колхозникам.
– Потому мы его и вернули.
– Когда вы берете для себя хотя бы ложку, вы крадете у людей, которые строят нашу страну!
– Я понимаю.
– У нас множество врагов, которым хотелось бы увидеть наше падение. Фашисты в Европе, капиталисты в Америке – все ждут нашего крушения. Мы импортируем сахар из Китая, но его недостаточно для ста пятидесяти миллионов, а ваша семья – это всего семь человек из общей массы.
И так далее.
А как насчет рабочих, которые делают танки? Врачей, которые лечат раненых? Крестьян, которые растят зерно? Солдат Красной армии, которые готовы отдать жизнь, чтобы вас защитить…
– Вам понятна идея, товарищ Метанов?
– Я ей следую с семнадцатого года, товарищ Родинко. Я прекрасно знаю свое место, – ответил дед. – И я сразу намеревался вернуть мешок.