Схватив бумажник, он ушел, с огромным удовольствием хлопнув дверью трейлера.
Когда в шесть часов он вернулся, Татьяна была дома, дом был чудесно украшен к Рождеству, ужин готов, горели свечи. Она приготовила бефстроганов, одно из его любимых блюд. Она подавала ему еду, наполняла бокал, кормила Энтони. Они сидели, ломая хлеб.
– Мам, – заговорил Энтони, – как ты умудрилась так быстро повесить все эти украшения? Мне особенно нравится фальшивый снег на подоконниках. Ведь здорово выглядит, да, пап?
– Точно, – согласился Александр, глядя в тарелку.
– Как мясо, Шура?
– Хорошее. – Он смотрел в тарелку.
– Как у тебя прошел день?
– Хорошо. – Он смотрел в тарелку.
– Я люблю Рождество, – заявил Энтони. – Это мое любимое время года! А мы в эти выходные поставим елку?
Они разговаривали через сына, служившего им буфером. Татьяна приготовила бананы с ромом и ванильное мороженое на десерт. Потом Татьяна и Энтони убрали со стола, а Александр исчез в спальне. Он вышел через двадцать минут, одетый в серые брюки, белую рубашку с серым галстуком.
Татьяна вытерла руки кухонным полотенцем.
– Я ухожу, – сообщил Александр.
– И куда ты собрался?
– Из дому.
– Во вторник?
– Именно.
Татьяна открыла было рот, но на диване сидел Энтони, делая вид, что смотрит телевизор, так что она развернулась на месте, встав спиной к мужу.
Александр встретился у «Мэлони» с неудачником Джонни, который пребывал в отчаянном поиске. Проблема состояла в том, как изложил Джонни, что он искал «жену на недельку».
– А у тебя все в порядке, приятель?
– Да, все отлично.
– Ты никогда не выходил по вторникам. Что, миссис Баррингтон работает, или как?
– Нет-нет. – Александр уставился в свой стакан."
"– Ну, не горюй. Кстати, вон там две молодые леди, – надеюсь, я их заинтересовал.
Александр посмотрел в ту сторону.