"
"– Арктика не отпускает своих людей, – заметила Зоя Григорьевна. – Мы все у нее на коротком поводке, как любимый мужчина у любимой женщины. Она делает вид, что он может уйти от нее, когда захочет. Но это неправда. – Она усмехнулась. – Знаешь, мне кажется, для моего отца мама была выражением сути самой Арктики. Чужая по всему – по происхождению, по образу жизни, по взглядам. Но через нее он соединился с Арктикой крепче крепкого.
– Почему он не развелся с женой и не женился на вашей матери? – спросила Ольга то, о чем давно хотела спросить.
– Может быть, он женился бы. Но они все равно не смогли бы жить вместе. Чтобы брак был счастливым, двое должны совпасть по социальному уровню, по уровню интеллекта. Они должны быть людьми одинаково развитыми. Одинаково сострадать, ненавидеть, любить. Знаешь, почему люди расходятся?
– Как говорит муж Нади, а он батюшка, потому что брак – это труд, а не гулянка. А трудиться хотят не все.
– Это правильно. Но ради брака трудиться могут только те, кто совпадает во всех точках, которые я перечислила.
– Вы упомянули об общине атабасков, но я плохо представляю себе. Это что-то новое?
– Над нашей землей подул старо-новый ветер, как говорят наши старики. Мы спешим попасть под это благостное дуновение.
– Куда же он дует?
– Назад, – усмехнулась Зоя Григорьевна. – Подул, принес нам весть, что для малых народов Крайнего Севера удобней всего традиционный образ жизни.
– Ого! Но столько лет было наоборот, – удивилась Ольга.
– Для того чтобы восстановить прежний образ жизни, родственные семьи могут объединиться в общины.
– Вы станете главой общины атабасков? Женщина?
– Это тоже возврат к прежней жизни, – кивнула Зоя Григорьевна. – У наших предков был матриархат. Ты знаешь, что я не замужем, у меня нет детей, но я стану матерью племени, этакое духовное материнство.
– Понимаю.
– Мы знаем, где была наша исконная территория.
– Ясно, – сказала Ольга.
– Сама знаешь, прежде это были только слова – о сохранении традиционного образа жизни народов Крайнего Севера. На самом деле нас вгоняли в рамки той жизни, которая понятна тем, кто пришел на нашу землю. Теперь земля действительно будет нашей, община станет участвовать в разработке экологических документов.