На улице резко потеплело за эти дни, но за толстыми кирпичными стенами гимназии этого почти не чувствовалось. В коридорах и классах было довольно прохладно, да ещё и печи перестали топить.
Я стоял возле колонны, сунув руки в карманы брюк, как вдруг из дверей вышли два старшеклассника. В одном из них я узнал Петра Меньшиков — парня с ледяным взглядом.
— Добрый день, сударь, — произнёс он, подойдя ко мне.
— Добрый день, — я покосился на Меньшикова, ожидая подвоха.
Мы с ним иногда пересекались в коридорах, но он либо не обращал на меня внимания, либо, проходя, кидал презрительный взгляд.
— Я слышал о ваших «подвигах», — последнее слово Меньшиков произнёс с сарказмом. — Не знаю, кому и что вы пытаетесь доказать своими выходками. Вам в любом случае никогда не стать вровень с истинными аристократами. Одной фамилии для этого мало. И если уж на то пошло, я считаю, исключать надо не только разночинцев, но и таких, как вы — немощных."
"Некоторое время мы стояли рядом, не глядя друг на друга.
— Хорошего дня, — пожелал Меньшиков презрительным тоном, и они со спутником двинулись дальше.
После уроков по пути домой я заскочил в ателье, забрал сшитую на заказ одежду: чёрный сюртук, чёрные брюки и серую жилетку. Мне понравилось, как они сидят, и я попросил сшить ещё один комплект, плюс сюртук оливкового цвета и бежевую жилетку с узорами.
Был конец мая, погода уже несколько дней стояла по-летнему тёплая, даже солнце стало чаще появляться на небе, обычно затянутом серой пеленой. Учебный год подходил к концу, через три недели начинались двухмесячные каникулы. Пора было подумывать о заработке.
Если перевести всё имеющееся у меня серебро в бумажки, в моём распоряжении осталось чуть больше тысячи рублей ассигнациями.
Чем заняться, кроме как работой по специальности, я пока и сам не знал. А заняться надо было чем-то, ведь иначе и до двадцати можно не дожить. Один из вариантов, который пришёл в голову — усиливать пули и другие боеприпасы. Но для этого требовалось найти клиентов, кто бы мог поставлять заказы в должном объёме.