Гарафеев поинтересовался, зачем она тогда вообще подняла эту тему, но Соня не ответила.
Он понимал, что они становятся посторонними людьми, но не чувствовал этого. Хоть она теперь не готовила ему и не встречала на пороге поцелуем, как раньше, она все равно оставалась его Соней, девушкой, которую он когда-то полюбил.
Или что-то другое это было? Может, настоящая любовь переживается совсем иначе?
В конце концов, он никогда не думал, что мир рухнет, если Соня не ответит ему взаимностью, и тяги к суициду тоже не испытывал.
Спокойное это было чувство, без надрыва, и почему-то ему казалось, что у Сони точно так же. А теперь выяснилось, что он чувствовал то, чего не было, и вся эта духовная близость существовала только в его воображении.
Гарафеев сам не думал, что станет так от этого мучиться и на старости лет застрадает детскими обидками, но успокоиться пока не мог.
И со страхом считал дни, оставшиеся до даты развода, и мечтал, чтобы он как-нибудь отменился.
Он писал назначения в реанимационной карте, когда в ординаторскую вошел заведующий с бутылкой коньяка:
– Привет тебе от Завьялова, – он жизнерадостно стукнул донышком об стол.
– О, хороший!
– Ну а то! – Витя деловито скрутил железную крышечку и наплескал в стаканы по чуть-чуть.
Гарафеев покосился на часы, убедился, что его рабочее время кончилось час назад, и замахнул.
– У тебя завтра снова выходной, Гар.
– В честь чего это?
– Из суда звонили. Тебе завтра надо там хвосты подбить.
Настроение сразу испортилось, и Гарафеев жестом показал, чтобы Витька налил по второй. До этой минуты он надеялся, что все рассосалось без его участия, но нет. Впрочем, повидать Стаса будет приятно.
– В общем, иди и завтра уж сюда не возвращайся.
– Чего это ты так меня бережешь?
– Да очень просто.
Гарафеев засмеялся и щелкнул по коричневато-желтой этикетке, вот он, наш отдых.
Витя вздохнул и снова плеснул в стаканы:
– Вот именно. Излюбленный отдых советского человека. Нет у нас понятия: хорошо поработал тире хорошо отдохнул. Ни денег нет на нормальный отдых, ни связей, чтобы профсоюзную путевку получить. У нас другое – хорошо поунижался, тогда хорошо отдохнул.