Пусть сделают то, чего я так сильно хочу!
Чуть наклонившись, Дариан обвел ее губы большим пальцем, и хрипло спросил:
— Не слишком ли много вы себе позволяете, моя королева?
— Мы обсудим данный вопрос, — она поймала его палец губами и чуть прикусила, затем продолжила, — в приватной обстановке…
— А разве вам уже можно… позволить себе приватную обстановку? — удивленно вопросил король.
— Со дня рождения малышки прошло сорок дней, Дарри, мне уже все можно. Я проведу девчонку.
Поднявшись с подоконника, Алиссин подошла к Элизе, схватив ее за плечо, вывела в коридор и подтолкнула вперед.
— Ты светлее Катарины, — задумчиво произнесла королева, когда в ночи раздался отчаянный женский визг, — но тоже миленькая…"
"В Ортаноне победители праздновали победу, но на кораблях соблюдалась строжайшая дисциплина. И тем прискорбнее был тот факт, что баронесса ассер Вилленская подверглась нападению двух матросов, которые с насмешками и, не опасаясь наносить удары, сейчас раздевали женщину.
— Великолепно! — Алиссин улыбалась, но глаза ее были похожи на две застывшие льдинки. — А разве я позволила?
Матросы замерли, в отчаянии глядя на королеву и оба встали на колени — здесь уже знали, на что способна Ее Величество в гневе.
— Убить!
И две тени метнулись, чтобы прервать жизни тех, кто осмелился нарушить королевское распоряжение. Зевнув, Алиссин отдала второй приказ:
— Тела повесить за бортом!
Дождавшись, пока ее телохранители выволокут оба трупа, королева шагнула в каюту, вольготно устроилась на кресле, переводя взгляд с одной Вилленской на другую.
— Вас не тронут, — насмешливо произнесла королева, — и вы под моей защитой… пока! Пока я не получу того, что мне нужно!
Баронесса, прикрываясь остатками платья, вытерла слезы и, пытаясь говорить с достоинством, спросила:
— Чего вы хотите?
Хитрая усмешка и королева поднялась:
— Ваш муж и сыновья живы, баронесса ассер Вилленская, живы благодаря мне. И над вами не надругались, тоже благодаря мне.
Глядя вслед прекрасной королеве, мать и дочь с ужасом думали о будущем…
* * *«Катарина, Ортанон захвачен. Меня, отца и Рассана держат под домашним арестом. Но самое ужасное, что матушка и Елизавета не сумели спастись. Нам стало известно, что они вместе с королевской четой вернулись в Шарратас.