При температуре тела тридцать семь градусов он лежит в постели и слабым голосом дает всем членам семьи указания, похожие на завещание. Мы время от времени обязаны скорбно отмечать усиление болезненных проявлений и испытывать чувство великой жалости к неподвижному главе семейства. Независимо от состояния собственного здоровья на данный момент. Больной жалуется на плохой аппетит и тем не менее съедает целиком завтрак, обед и ужин. А в промежутках между ними еще что-нибудь. Вроде как через силу. Телевизор в спальне работает почти постоянно – с небольшим перерывом на ночь.
Краем уха я слышала, как вернулась Наталья, – кухня стеной примыкает к шахте лифта. Я вовремя выскочила в коридор – напомнить про сливки и замерла, пораженная чудным видением: Анастас Иванович, тоже просекшая момент возвращения Наташки, выплыла в коридор. Мама дорогая! Представьте себе танк, одетый в нежно-розовый брючный костюм… Моя реакция, по всей вероятности, была воспринята как проявление восхищения.
– Отлично! – завопила Наташка. – Вы сразу выросли в моих глазах! Так держать и не кукситься! Все мужики – козлы. Ваш – не исключение. Сейчас, сейчас, – забормотала она, роясь в кармане.
– Заходите, Ирочка, ко мне. Только накиньте на себя что-нибудь потеплее. Наташенька говорит, вы болеете.
Я ошалело кивнула головой и попробовала сослаться на необходимость побыть наедине с собой, своей болезнью и готовящимся обедом. Но неудачно. Вмешалась успевшая переодеться Наташка:
– Десять минут уделить не можешь? Бери свои грудки, кастрюлю и что там еще.
Я покорно побрела выполнять приказание, но на полпути развернулась: не до полуфабрикатов, похоже, Анастас Иванович попала в беду и ей действительно нужна наша помощь."
"В квартире Анастас Ивановича был легкий беспорядок: на столе стояли две немытые чашки и пахло «Беломором». Обычно везде царит стерильная чистота, от которой любой случайно побывавший в разведке таракан получает инфаркт и мигом отбрасывает лапки.