Сергей, вероятно, ни на минуту не расставался с телефоном. Вместо характерного гудка я сразу же услышала его «слушаю» и неожиданно для себя сказала:
– Добрый день! – Просто не ожидала столь быстрого ответа.
– Вечер добрый. Вернее, доброй ночи. Но все равно я вас внимательно слушаю.
– Сережа, это Ирина, жена Дмитрия…
– Да. Теперь понял. А что, он еще не приехал? – в вопросе звучало удивление.
– Нет-нет. Приехал. Уже дрыхнет без задних ног. (Интересно, где у него задние ноги?) Нам с тобой надо встретиться. Лучше на нейтральной территории.
– А на завтра это нельзя перенести? И, если не трудно, объясни, что случилось? Завтра тоже очень напряженный день. Может быть, решим все по телефону?
– Завтра у тебя не будет напряженного дня. После двенадцати покинешь рабочее место. Этот вопрос почти решен. По телефону обсуждать ничего не могу. Димка узнает – мало не покажется. Мне и так надоело его обманывать. Да и тебя тоже. – В трубке воцарилось молчание, и я добавила: – В двенадцать буду у дверей твоего офиса.
Вполне довольная собой, я развернулась, чтобы покинуть кухню. В дверном проеме стоял муж и молча смотрел на меня… Мне сразу захотелось уменьшиться. Хотя бы до размера таракана. Это во-первых. А во-вторых – сказать что-нибудь очень умное. Но тараканы, кажется, не говорят. Они действуют.
Видя мои мучительные попытки заговорить, Димка пришел на помощь:
– И долго ты меня обманываешь?
Наверное, он хотел спросить это сурово. Но получилось очень жалобно. По привычке, сложившейся за последние часы, я ответила чистую правду:
– Десять дней.
Димка развернулся и ушел. Выход был свободен, однако покидать кухню уже не хотелось. Постепенно до меня стало доходить, в чем меня подозревают, и я понеслась к мужу доказывать, что он все неправильно истолковал.
Димка в спальне швырял свои шмотки в спортивную сумку, недавно приехавшую из Таложни.
– Это мое нижнее белье, – тихо сказала я, заметив, что он перепутал полки.
Муж молча вытряхнул на кровать все, что успел зашвырнуть в сумку, и принялся опустошать другую полку.
– Димочка, ты все не так понял.
Движения мужа стали еще более резкими.
– Дима, ты хватаешь полотенца и салфетки…
Сумка опять перевернулась вверх дном.
– Дима, я тебя люблю, – продолжила я сеанс психотерапии и на всякий случай добавила: – И не могу без тебя жить."
"Движения рук несколько замедлились, но продолжали запихивать в сумку постельное белье.