Кое-где поблескивали капли воды, но это скорее всего были следы рухнувшей в пропасть воды, а шахта, судя по всему, осталась сухой.
Лодка медленно, шелестя винтами, порождающими дребезжащие отголоски эха, пошла вниз.
Ряд выпуклых щитов из золота или бронзы – не разберешь. Один щит отброшен в сторону, виден узкий ход, уходящий в темноту.
– Тоннели… – проговорил Лось.
– Летим дальше, – отозвался Высокий. – Пока не упремся в дно или в узкое горло.
Тускло мерцающие в сочащемся сверху свете стены шахты снова поползли мимо, испещренные все теми же бесконечными письменами, символами и цепочками рисунков, изображавших битву каких-то металлических гигантов с жуткими тварями в виде металлических же кентавров.
Стало совсем темно.
Лось включил фонарь.
Еще пояс выпуклых щитов, чуть покрупнее. И на каждом – изображение Магацитла в шлеме с закрытыми глазами. Чем-то этот пришелец с Земли напоминал царицу Магр – то же круглое асимметричное лицо, толстые щеки, жесткие губы.
Воздух в шахте продолжал оставаться достаточно чистым, лишь изредка в нем всплывали запахи плесени, сырости или каких-то минералов.
Появились три довольно больших отверстия, обозначавших входы в горизонтальные штреки. Но останавливаться напротив них не стали, лодка все равно в них не помещалась.
– Странно… – проговорил Высокий. – Кому взбрело в голову долбить здесь эту шахту? А главное – зачем? Никаких следов добычи полезного сырья нет. Может быть, это пусковая шахта? Хотя попробуй-ка запусти ракету с такой глубины.
Лось не ответил, сосредоточившись на управлении лодкой.
Последние лучи света умерли над головой. Только виднелся более светлый кружок – устье шахты, да и он постепенно затягивался фиолетовой пеленой: наверху, над горами Лизиазиры, наступила ночь.
Луч фонаря перестал отражаться от стен, но не потому, что шахта стала шире, а вследствие потемнения самих стен: их цвет из тускло-желтого сдвинулся к темно-серому.
Что-то блеснуло внизу, словно луч отразился от зеркала. Но это было не зеркало. Еще два десятка метров – и стал виден острый нос какого-то металлического конуса, занимавшего почти весь объем шахты.
– Святой Веер! – пробормотал Высокий, перевешиваясь через борт лодки. – Я не ошибся! Это пусковая шахта! Ну и масштабы! Ай да марсиане, ай да сукины дети!
Лось остановил лодку.