— И не прогадаете, — уверенно заявил я, после чего перевел разговор на более приятную для него тему, поинтересовавшись: — Новую шхуну для вас уже построили?
— Заканчивают, — улыбнувшись естественнее, ответил Бао Пын.
— Когда их станет несколько, вы не будете зависеть от гвайлоу, — предположил я.
— Мы тоже так думаем, — согласился он и попросил: — Нам бы хотелось получить свой груз быстро.
— Сейчас начнем, — пообещал я и приказал носовой грузовой стреле отправлять ящики на «взлетающий дракон».
Все пятнадцать были загружены часа за четыре. Еще примерно через час закончили с джонкой Маня Фа. После чего закрыли трюма, закрепили грузовые стрелы по-походному, снялись с якорей и в начавшихся утренних сумерках пошли с легким попутным ветерком и приливным течением в порт Макао. Там встали на якоря настолько близко к берегу, насколько позволяла сильно уменьшившаяся осадка. Большая часть экипажа, получив зарплату за рейс и премиальные за быструю разгрузку, была отпущена в увольнение до утра.
Перед тем, как спуститься по штормтрапу в тузик вместе с Полем Фавро, я проинструктировал вахтенного помощника Адру Переша:
— Если прибудут чиновники, португальские или китайские, покажи им документы и груз. Пусть поищут опиум, не мешай. Если будут вопросы ко мне, скажешь, что приплыву завтра, или пусть зайдут ко мне домой.
Уверен, что эти лентяя, зная, что ничего не обломится, ни ждать, ни, тем более, расхаживать по городским улицам не будут.
34
Во второй половине дня, отоспавшись, я отправился в канцелярию Чарльза Эллиота с заветной кожаной сумкой, деловая корреспонденцию в которой была мной прочитана за время перехода. Было там и письмо главному смотрителю от Уильяма Макнахтена, В очередной раз убедился, что люди думают о нас намного хуже, чем мы о себе, и приписывают нам собственные недостатки.
За время моего отсутствия Чарльз Эллиот, ранее тщательно брившийся, обзавелся короткой черной бородкой.