— А твой — в конце следующей. Но мне поручено поговорить с тобой, ввести в курс дела…
— Кадры поручили?
Шабанов подумал, что он должен заплатить за стол, а хватит ли денег? Порция черной трески стоила полторы тысячи, а сколько вытянет сверхчистая водка? Он недавно купил Марине бриллиантовое кольцо, и в кармане было тысяч шесть-семь. Правда, никогда раньше он вообще не носил таких сумм, но все в жизни относительно…
— При чем здесь кадры? — усмехнулся шеф. — Ты что, не понял, что в милиции, как в любом ведомстве, две вертикали власти? Официальная, которая платит тебе копейки и ничем не помогает, и неофициальная, но очень могущественная — та Система, которая и определяет на самом деле всю твою жизнь? И это не только у нас, это существует в любом ведомстве! Шабанову повезло — в силу случайного стечения обстоятельств, а также определенных личностных качеств: гибкости, исполнительности и дальновидности, Система приняла следователя Шабанова и принялась продвигать его к сияющим вершинам карьеры.
— Гм…
— Сколько лет ты шел от следователя к старшему следователю?
— Почти двенадцать…
— А от старшего следователя к заму начальника отделения?
— Семь месяцев.
— А от зама к начальнику отделения?
— Около года.
— И ты еще сомневаешься в могуществе Системы? Все в наших руках. И ты — один из нас!
Петрицкий снова поднял рюмку.
— Давай за наших руководителей. За тех, кто стоит наверху Системы.
Они снова выпили. Водка в графине заканчивалась, хотя и Петрицкий, и Шабанов были трезвыми.
— А официальные руководящие должности совпадают с неофициальными? — спросил Виктор.
Петрицкий пожал плечами.
— Не всегда. Но это на низовом уровне. Чем выше, тем больше сближаются линии руководства. Система заботится о себе. Так что, считай, наш разговор санкционировали руководители Системы.
— И что от меня требуется?
— Ты должен полностью контролировать обстановку в отделении. Подбирай и воспитывай следователей таким образом, чтобы они выполняли все твои указания, без лишней демагогии про процессуальную самостоятельность.
— Я постараюсь, — сказал Шабанов.