Мир обретённый

Для нас, существ из Междумира, шрифт слишком неясен, мы не можем его разобрать.

— И что мы ищем в газетах?

— Происшествия, — ответил Майки. — Катастрофы в Техасе.

Кларенс долго раздумывал, скрёб щетину на подбородке... Потом протянул Майки свою междумирную руку:

— Договорились. Давай пожмём друг другу руки.

Майки отпрянул. Это же шрамодух! Не стоит об этом забывать. Если легенда говорит правду, одно-единственное прикосновение этого старикана уничтожит Майки без следа.

Кларенс застыл с протянутой рукой.

— Соглашение между джентльменами всегда скрепляется рукопожатием. Мама не научила тебя хорошим манерам?

Майки подумывал, не сказать ли правду, но отказался от этой мысли. Надо было срочно как-то выкручиваться, и он выкрутился:

— Я нечистый! Да, точно — я нечистый дух. И потому из уважения не должен тебя касаться.

Кларенс посмотрел на него, но руку не опустил.

— Как это — нечистый? Что ты такого сотворил?

М-да, начав врать, придётся врать дальше.

— Я не виноват! На меня наложил проклятие этот.

.. как его... вурдалак! Вот почему я не могу упокоиться в земле.

— Вурдалак, говоришь? — Кларенс наконец убрал руку. — В таком случае, ладно, не будем пожимать руки. Потому что знаешь, как говорят...

— Ещё бы! — кивнул Майки. — Да уж, я знаю, что говорят. Ох, как хорошо я знаю, что говорят!

* * *Как выяснилось, газеты им были ни к чему. В комнате отдыха Холлоу Оукс имелся компьютер, и следующие несколько дней Кларенс усердно просматривал сообщения в Интернете.

То, что он нашёл, подтвердило подозрения Майки. Сан-Антонио, штат Техас, похоже, стал магнитом, притягивающим к себе всяческие несчастья. Тут тебе и та страшная автокатастрофа, и пожар в школе, и обвал трибуны на стадионе, и упавшая мачта высоковольтной линии. Лосяра с Хомяком, правда, в репортажах больше не появлялись, но уж больно похож был почерк. Всегда обнаруживались один или два подозреваемых, на которых указывали надёжные свидетели (один случай даже был записан на видео), но всякий раз предполагаемые виновники происшествия утверждали, что ничего не помнят.

Так что у Майки и сомнений не возникало в том, куда направился поезд-призрак — в Сан-Антонио, конечно. А это значило, что Алли тоже там. Больше всего на свете Майки хотел найти Алли, но он понимал также, что необходимо остановить эти преступления против живых людей.

Майки не испытывал особой любви к живому миру, но в отличие от своей сестры он и не презирал его.