Раздумья об этом удручали юношу настолько, что его послесвечение притухло, сгущая подземный мрак. Именно этим приёмом пользовалась Джил, когда ей нужно приглушить своё послесвечение. Она научила его, и с тех пор он постоянно практиковался и многого достиг. Нельзя сказать, чтобы ему нравился этот фокус, но для разведчика очень важно становиться невидимым, поэтому умение в любой момент впасть в депрессию и тем самым пригасить послесвечение, было весьма полезным.
В тот момент, когда его свечение погасло окончательно, он вдруг обнаружил, что комната не совсем погрузилась в темноту — здесь присутствовал другой послесвет.
— Так и думала, что найду тебя здесь, — сказала она, пробралась между спящими междусветами и, подойдя к Джиксу, увидела, над кем он склонился. — Девочка... С чего это ты так с нею возишься?
— Я украл у неё жизнь. Самое меньшее, что я могу теперь для неё сделать — это заботиться о ней."
"Джил скрестила руки и покачала головой.
— Вот не могу я тебя никак раскусить.
Не может — и ладно. Джикс не был уверен, что хочет, чтобы его раскусили. Джил присела рядом.
— Ты обещал мне рассказать о себе, но так до сих пор ничего и не рассказал.
Он действительно обещал, но надеялся как-то избежать выполнения обещанного. Его специальностью была разведка, незаметное преследование и наблюдение. Выкладывать свою подноготную и тем подставлять себя под удар — нет, благодарю покорно. Никогда.
— Не вздумай требовать, чтобы я сказала «пожалуйста», — предупредила Джил.
— Ты хорошо провела день? Много скинджекила?
— Не пытайся сменить тему!
— Ты ходила на жатву?
— Я сказала: не пытайся сменить тему!
— Ты пришла в эту камеру не для того, чтобы повидаться со мной, — проговорил Джикс. — Ты принесла новую душу. Я угадал? Где ты её оставила — в коридоре, чтобы я не увидел?
Джил холодно посмотрела на него.
— Я не только жатвой занимаюсь. Почём тебе знать — может, я на бейсбол ходила? Или омаром лакомилась?
— И как — ходила и лакомилась?
— Нет, — призналась Джил.