Вахмистр поднял и поставил его на скамью, а солдат сверху норовил накинуть петлю ему на шею.
Мишка с высоты скамьи осмотрел двор, единственным глазом подмигнул товарищам, откашлялся и сказал:
— А главному гаду я метку оставил.
Красков на крыльце усмехнулся и посмотрел на свою перевязанную ладонь.
— Желаете последнее слово? — предложил он любезно.
Мишка поднял голову и снова осмотрел двор. Непрерывно стрекотали где-то цикады.
— Да здравствует коммуна! — сказал Мишка. — Я за ее весь век бился, и она будет! А все вы, гады, сгниете середь червей без доброго слова.
Красков на крыльце поморщился и посмотрел в сторону Гуляева и Клешкова. Те смотрели на Фадейчева.
— А вам, родимым своим товарищам, — сказал Мишка, и голос его зазвенел, — желаю честной жизни и легкой смерти!
Он сам спрыгнул со скамьи, петля натянулась и дернулась...
Оба — и Клешков, и Гуляев — закрыли глаза.
— Не передумали, Гуляев? — донесся голос Краскова.
Гуляев мотнул головой и посмотрел на Клешкова, тот смотрел на него."
"— Прости, коли чем обидел, — сказал Клешков.
Гуляев прикрыл глаза и снова открыл их, глядя на него прощальным добрым взглядом.
Вахмистр выкликнул несколько фамилий. Несколько человек небрежно встали шагах в двадцати от обоих пленных, и дула поднялись на уровень их лбов.
— Вахмистр, люди предупреждены? — крикнул Красков.
— Так точно, вашбродь!
— Можно приступать.
— Слушаюсь! От-деление! — гаркнул вахмистр. — К стрельбе залпом — товсь!
Стволы застыли, нащупывая лбы обоих.
— Пли!
Ударил залп.
Клешков закрыл глаза. Он стоял на прежнем месте, и щепка, лежавшая у его ноги, лежала там же. Он повернул голову, Гуляев с таким же удивлением смотрел на него.
Красков уже опять стоял перед ними.
— Молодцы, — сказал он. — Отважные солдаты. Умирать умеете. — Глаза его, когда он остановил их на Гуляеве, полны были доброжелательства и интереса.
Тот поежился и промолчал.
— А вы? — повернулся он к Гуляеву.
— Хочу, — сказал тот. — Хочу и думаю, что нет пока смысла умирать за большевиков!
Клешков дернулся, а Красков в неподдельном восторге повернулся к крыльцу и крикнул Седой:
— Вы слышите? Он вполне разумный человек.
— Капитан, — перебил его Гуляев, — я действительно понял, что смогу вам помочь. Но при одном условии.