Потом пару раз свернула в другой коридор, ещё раз свернула и. Заблудилась.
« Топографический кретинизм не лечится» - тоскливо чертыхнулась, окончательно потерявшись в коридорах.
Ау-у? Есть здесь кто-нибудь?
Наконец, я услышала какие-то отдалённые звуки и радостная помчалась по узкой лестнице вниз. На удивление: здесь также располагался очередной безликий коридор с ровным рядом дверей. Я как будто в отеле, серьёзно. Одна дверь была приоткрыта и именно из неё раздавались звуки. Но чем ближе я подходила, тем больше сомнений возникало.
"Это. Разве не стоны? Н-нет, мне точно показалось!
Я рискнула украдкой заглянуть в приоткрытую дверь и моя челюсть сразу же отвисла. Там, эм... Была кровать, а на ней - обнаженный мужчина! Монашка медленно снимала свою рясу, призывно изгибаясь. А под рясой-то - женское кружевное белье!
Потом стало ещё хуже. Монашка достала плеть из тумбочки.
Я попятилась назад, отчаянно краснея от уровня разврата. Пятилась, кажется, вплоть до конца коридора. И тут.
— Ой, Нинель, как ты здесь оказалась? - Анжела напугала меня до икоты, выскочив из неоткуда.
— И-и-и! - тоненько пискнула я, прижимаясь к стеночке.
— Заблудилась? - сочувственно уточнила монашка. - Что-то не так?
— Т-там. Там. Там. - я просто тыкала пальцем в сторону приоткрытой двери, всё ещё слишком удивлённая, чтобы говорить.
Анжела вскинула бровь и, наконец, улыбнулась:
— А, ты про это. Там клиент к Розетте пришёл, а он любит пожестче, сама понимаешь. Нет, я ни капли не понимаю! В тот момент моё терпение лопнуло и я прямо спросила:
— Разве у вас не.
Анжела посмотрела на меня очень удивлённо, а потом засмеялась, схватившись за живот:
— Ох, Нинель. Какая ты забавная! Да, у нас монастырь, но разве ты не слышала про «Монастырь Святой Лауры»?
Возможно, это что-то знакомое для местных, но не для меня!
— М-м-м, да. Тут такое дело: мы же все здесь «девы по вызову». А сам монастырь -всего лишь аналог дома удовольствий, - торжественно призналась Анжела.
Они. Они прости.? Прости, господи!
— Ну, изначально мы работали в черте города. Столичный дом блаженства. Ах, как хорошо тогда было, - с ностальгией вздохнула Анжела, - но, понимаешь, потом церковь во главе с инквизитором решили срамные дела под контроль взять. Так и появился этот монастырь.
— Разве вас не должны были. Перевоспитать? - прохрипела я чуть слышно.
— Нас-то? - Анжела удивилась. - Нет! Его Святейшество не хотел бы лишиться прибыли.